Один на миллион

Я имею право применить все имеющиеся у меня средства для задержания опасного преступника, даже если для этого мне придется сровнять ваш гадюшник с землей. И тогда пощады не ждите.

– Нет, Виктор Сергеевич. – Света покачала головой. – Сегодня мы с вами не договоримся.

Дослушать, чем все закончится, Белому не дали. Его комм ожил, и на ремешке возникли мерцающие буквы «Ганс».

– Привет, Ганс!

– Привет, Белый! – Лицо Ганса было полускрыто тяжелым бронешлемом, но едва слышный акцент был лучше всякого удостоверения. – Тут мне командир передал приказ выдвигаться в сторону некоей телекомпании в распоряжение старшего лейтенанта Белого. Это не к тебе, часом?

– Ганс! Ты даже не представляешь, как я рад тебя слышать. – Белый оглянулся и, найдя глазами начальника службы безопасности телецентра, подозвал его ближе. – Садитесь прямо на крышу. Площадку поднимут, как только вы зависнете над зданием. Говори бортовые номера.

– Э-э… сейчас. – Ганс на мгновение пропал из поля зрения объектива. – Сто пятый, сто шестой и восемьдесят девятый.

– Имей в виду, они могли подтянуть зенитки.

– Понял тебя. Через пару минут будем.

– Жду. – Белый опустил руку и взглянул в глаза начальнику СБ.

Тот сосредоточенно кивнул.

– Я все понял. – И, развернувшись, быстро вышел из кабинета.

Тем временем разговор с генералом, по-видимому пройдя промежуточные стадии, перешел в фазу угроз.

– Ну запомни, тварюшка! Чем бы ни закончилась эта история, я сделаю все, чтобы твоя шарашка лишилась лицензии, а ты сама не нашла больше работы во всей империи!

– Светлана, ты позволишь?

Белый обошел кресло так, чтобы оказаться в поле зрения камеры.

– Да, конечно. – Журналистка слегка удивленно кивнула.

– Старший лейтенант Белый, военная разведка Российской Империи. Как вы правильно заметили, товарищ генерал, убийца и террорист. Могу добавить, шпион и диверсант. Но не хам и не невежа. Скажите, товарищ генерал, неужели вы так плотно завязли в этом дерьме, что вот так, за здорово живешь, рискуете всем: погонами, пенсией, социальным статусом? Неужели не понимаете, что являетесь участником попытки государственного переворота? Да еще отягощаете свое незавидное положение угрозами в адрес крупнейшей телекомпании Руси. Вам ведь этого не забудут, даже если, как вы остроумно выразились, «эта шарашка лишится лицензии, а уважаемая Светлана Игоревна больше не найдет работу»? Журналисты очень сильны своей корпоративностью. И хоть я от некоторых поступков пишущей братии тоже не в восторге, это не повод опускаться до угроз. Не генеральское это дело, – мягко закончил Белый.

– Да я тебя, щенок, своими руками… – Генерал потряс у объектива маленьким розовым кулачком.

– Не щенок, товарищ генерал. – Белый устало провел рукой по лицу, словно смывая усталость.