Один день, одна ночь

«Наш человек», так когда-то говорил ее отец о своих аспирантах, и это была высшая похвала.

И все вроде стало получаться, и Маня сгоряча написала подряд два романа – и неплохих романа, Анна Иосифовна хвалила, и Митрофанова хвалила! И еще Маня сделала новую стрижку, про которую Вадим Веселовский с восхищением сказал: «Голливуд!» И даже записалась в спортзал, чтоб стать наконец фотомоделью и прелестью.

Была весна, и жизнь была прекрасна, и Маня писала третий роман и даже стыдливо строила планы, как они с Артемом слетают в Париж или в Рим и как там все будет именно этой весной. Ну... когда все состоится.

Она не то чтобы искренне верила, она точно знала, что все состоится!..

В один прекрасный день они договорились встретиться, он пригласил ее в кафе. Они уже ходили в кафе и разговаривали, разговаривали, все никак не могли наговориться. Артем получил недавно какую-то серьезную журналистскую премию, и Маня им очень гордилась, а он собой не очень и все время объяснял ей, почему.

Она собиралась в кафе, вымыла голову и уложила свежепостриженные волосы, и надушилась не только там, где можно, но и там, где нельзя, – а вдруг?.. Вдруг именно сегодня?..

Собака моя, собака.

Тут он позвонил, минут двадцать ей оставалось до выхода из дому, и сказал, что «у них никогда и ничего не будет». Лучше им сегодня не встречаться."

"Маня, натягивавшая джинсы, села на пол, почти упала.

И спросила: почему?

Артем сказал, что просто ничего не выйдет. Он любит другого человека. Уже давно. И Маню он вовсе не хочет. Он собирался просто и честно с ней дружить, а получается какая-то ерунда. Получается вроде любовь, а никакой любви быть не может, потому что он любит другую.

Уже давно.

И Маня не справилась. Митрофанова сразу стала подозревать, что она не справится, и не ошиблась.

Маня поняла, что полюбить ее Артем не может – да и правда, как ее любить-то? За что? – зато согласен с ней дружить, и Маня стала с ним дружить, честно!..

Она приезжала в издательство, заходила к Артему, и они вместе шли в «Чили», так называлась устроенная Анной Иосифовной зона отдыха на первом этаже «Алфавита». Никто не знал, почему громадное, но очень уютное помещение с диванами, низкими столиками, глухими коврами и настоящим турецким кофе, который варил настоящий турок, называется так странно. Маня думала, это от модного словечка «chill-out», от которого просто отвалилось окончание.

И даже поделилась своим соображением с Артемом. Он подумал и согласился. Они пили кофе и все разговаривали, разговаривали. Артем рассказывал ей о своей трудной жизни, а она его выслушивала и давала советы.

У него все время случались трудности, и Манины советы требовались то и дело.

Еще они ходили в рестораны. Маня его приглашала, и он всегда с удовольствием соглашался.