Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

– Поймите, опять же, ничего личного… Просто я, в целом, нахожу подобного рода житейские дрязги забавными… Все эти страсти, интриги, любовь и ненависть… Знаете, это как смотреть на деятельность муравьев с человеческого роста… Куда- то бегут, что- то строят, важные, деловые, а на поверку, в масштабах Вселенной, их деятельность ничтожна…

– И тем не менее, не было бы муравьев, не было бы Вселенной… Они ее часть… Иногда важное складывается из комплекса тысячи мелочей.

Он улыбнулся. На этот раз иначе, не так, как улыбался до этого, подавляя иронию, а искренне, с интересом.

– Я заранее попрошу за себя прощения, Юлианна… Я уже, наверное, наговорил много глупостей и еще наговорю… Я бываю груб, неспециально… Просто я такой… Немного иначе оцениваю действительность, чем большинство окружающих… Людей может выбивать из колеи моя прямота и даже иногда бестактность… Я и дома- то поэтому с годами выработал восхитительное качество-  абстрагироваться и молчать, никогда не участвовать в этих бессмысленных спорах, раздраях и обсуждениях…

Юлианна тяжело вздохнула. Ей, явно, было сейчас не до философских бесед о превратностях характеров других… О себе надо было думать, в буквальном смысле этого слова…

– Карим, Вы прекрасный молодой человек, как и все дети Увейдатов, но, простите, раз уж мы заговорили начистоту, раз уж Вас, как Вы сказали, забавляет моя ситуация, то можно встречную откровенность? Я не просто боюсь и нервничаю сейчас, как Вы заметили, я просто в ужасе… Понимаете, я лечу неизвестно куда, в самолете, с почти мальчиком, и уже битый час пытаюсь получить хоть какой- то вразумительный ответ, а все, что до сих пор услышала-  это то, как я жалка и смешна и, что мой вариант спасения собственной шкуры был изначально провальным… Да, соглашусь, жалкой я и сама сейчас в собственных глазах выгляжу-  прежде всего потому, что необдуманно согласилась на встречное предложение Амаль вовлечь Вас… Моя вина, я не спросила подробностей, не обговорила все там, на земле, просто реально времени не было, но… Что прикажете мне думать сейчас? Что прикажете делать? Я в самолете, лечу в неизвестность… И речь о моей жизни…

– Что прикажете делать? –спародировал, приподняв бровь, –  Для начала, потушите шестую сигарету за последний час… В салоне уже дым коромыслом…

– Вы считали? Надо же…– нервно закинула ногу на ногу и сгруппировалась. Держать себя в руках и сохранять мнимое спокойствие было все сложнее и сложнее…

– Если хотите, считал… Вы шесть раз закурили, пятьдесят три раза поправили волосы, пятнадцать раз нервно постучали пальцами по столу…

Она смотрела теперь на него ошарашенно… Он это серьезно или шутит?

Карим поймал ее взгляд.