Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

Тот одобрительно кивал, но осторожно намекал, что подобного рода травмы-  вещь непредсказуемая… Сейчас было важно оказать их сыну всю необходимую помощь, обеспечить должным уходом и ждать…

Вспоминала вчерашний день-  и кожа вновь и вновь покрывалась мурашками… Амаль думала, что беременность станет самым легким временем ее жизни… Самым беззаботным, трепетным, нежным, когда она сможет разрешать себе милые слабости… В итоге же перед глазами стояла картина, как она, с уже и так исстрадавшимся и истосковавшимся сердцем, обнимает непрерывно плачущую мать, которая уже битый час стояла у окна в больничном коридоре после посещения палаты Мики и шептала себе под нос «мой красивый мальчик, что они с тобой сделали»…

Мика родился в рубашке… Никто еще не знал, какое чудо заставило его выйти из машины в момент взрыва. Но именно это спасло старшего сына Увейдата от верной гибели… И тем не менее, здесь и сейчас никто не брался делать прогнозы, что его ожидает, как быстро пойдет восстановление…

Их семья теперь жила лишь ожиданиями любых новостей докторов… Вот что сейчас было действительно важным… В один миг все было расставлено по местам-  нет ничего важнее человеческой жизни на фоне прочих невзгод и трудностей… И это понимание одновременно вселяло в Амаль и веру в себя, и слабый оптимизм, и страх… Почему- то липкий, вязкий страх не покидал ее сознания…

Люди Васеля подключились к расследованию произошедшего почти сразу. Проверили машину и место происшествия… Вердикт был однозначным-  случайность или несчастный случай, неисправность автомобиля исключены. Речь шла о покушении на убийство путем закладки взрывного устройства… Его сына, старшего сына, кто- то пытался убить… Собранный премьер- министром консилиум из самых доверенных представителей разведки и спецслужб, лучших детективов и криминалистов начал разработку сразу нескольких версий, откуда был совершен удар-  враги самого Васеля, старая месть их семье, конкуренты бизнеса Микаэла, личные мотивы, что тоже было не исключено, зная взрывной характер мужчины, прозванного Аидом… Но после того, как его сын в полубредовом состоянии, стоная от боли, несколько раз отчетливо проговорил имя «Али», Васель начал рыть и по этому направлению. Предсказуемо долго делать это не понадобилось. Правда не заставила себя долго ждать. Она явилась перед ним в образе этой непутевой девки, которая отпечаталась черным бельмом на глазах его сына и не хотела никак проходить… Она пришла к Васелю сама… Вернее, не к нему, в госпиталь, куда положили Мику. В полуистеричном состоянии, требуя пустить к нему или хотя бы сказать, как он…

Васель пригласил ее в отдельный кабинет подальше от посторонних взглядов.