Одержимые наследники. Северная бабочка

Гораздо более чувствительной и острой, чем даже боль на все еще горящих ягодицах…

Молча развел ее ноги шире, стянул свои треники и резко вошел в нее, без предупреждения, по самое основание. Все еще всхлипывающая Оксана не сопротивлялась, лишь тяжело дышала и тихо стонала. То ли от боли, то ли от удовольствия… Скорее всего, и от того, и от другого, потому что с каждым его резким толчком он неизбежно задевал горящие полушария ее попки.

Оргазм накатил на них одновременно и мощно, он хрипел, закидывая голову и изливаясь в нее, пока она ритмично сокращалась вокруг его пульсирующего члена. Это было так мощно, что Оксана почти потеряла координацию, чуть не свалившись, если бы Микаэл не успел вовремя ее поймать. Он поднял ее за талию на себя, теперь со всей силы прижимая к торсу. Рука собственнически обхватила грудь.

–Что ты делаешь со мной, Оксанка?-зашептал на русском,– в зверя с тобой превращаюсь… С ума схожу… Мало… Мало… Хочу большего… Хочу тебя всю… Только для себя… Никого так не хотел сильно…

Впервые так откровенно, впервые так надрывно…

А у нее снова пелена слез перед глазами… Чуть слышно всхлипывает, а он чувсвует, как вся грудь трясется от каждого вздоха. И ему так жаль ее, что сердце разрывается… Похоть и ярость прошли, осталась жалость и боль… Его сладкая Оксана… Как же он так влип… Когда успел так по уши погрязнуть в этой одержимой страсти, определения которой он для себя пока так и не нашел… Сколько еще он сможет держать эту бабочку вот так, подле себя, пряча от всего мира, а как только она пытается показать свое личико свету, яростно пытаться обрубить ей крылья… Что же будет делать, когда она захочет вырваться, когда придет время и как ему ее остановить…

–Я могу пойти в свою комнату?-сквозь слезы тихо произносит она…

Молчит с секунду. Теряется… Ему бы сейчас сказать что-то путевое, а в горле словно наждачка застряла…

–Да, конечно. Выпей панадол, Оксана… Станет легче,– нежно касается ягодиц… Она отстраняется, стыдливо и потерянно опускает подол платья, смотря в пол, не смея поднять на него глаза, выходит прочь.

Микаэл несколько секунду смотрит в одну точку, а потом со всей дури впечатывает кулак в стену… Опять… Его костяшки уже какую неделю перманентно разбиты…

Глава 27"

"Этой ночью он решил дать бабочке отдохнуть. Зашел к ней ближе к полуночи, постарался сделать это бесшумно. Просто посмотреть, как она. Оксана мирно посапывала, размеренно дыша, хотя было понятно, что заснула она после немалого количества выплаканных слез.