Одержимость мажора

 – Ты с Халидом… С этим гадким мажором, который тебя так бесил после лагеря? Но как же так? Как? Всё, мой мозг отключился.

Было бы смешно, если бы не было так грустно… Реакция Риды забавная, но мне совсем не до смеха.

– Это еще не всё, – сообщаю ей мрачно, и она смотрит на меня в полнейшем ужасе.

– Хочешь меня добить? Что еще? Что может быть хуже, чем забеременеть в девятнадцать лет? А как же учеба? Что ты собираешься делать с учебой?

– Я еще не знаю, только что узнала сама, и вот… – готовая расплакаться, сижу поникнув, в полном раздрае.

– Так что ты мне хотела сказать? – теребит меня взбудораженная подруга. – Что еще хуже, чем твоя беременность?

– Отец Халида знает, что я забеременела, и заставляет Халида на мне жениться!

– Заставляет? – хмурится Рида. – А он, значит, не хочет? Как ребенка заделывать, так он первый, а как жениться, так против?

– Отец нашел ему невесту из ваших, – говорю я с болью, – но переиграл всё, когда узнал, что я беременна.

– Хоть что-то хорошее есть в этой семейке, – продолжает злиться Рида.

– Разве это хорошее? Я не хочу, чтобы на мне женились из-за ребенка, Рида!

– А что ты хочешь? Остаться с малышом одна? У тебя есть средства и силы его воспитывать? Я читала, что беременные тупеют из-за буйства гормонов, брошенных организмом на формирование новой жизни, но, Ника, ты же не глупая! Не давай гормонам победить!

– Что ты предлагаешь? Сказать «да» и побежать в загс?

– У нас нет загсов, вообще-то, – хмурит она брови, – но пожениться вам надо.

– Ага! Чтобы меня спрятали в подвал, так как я не из ваших?

– Что за дикие фантазии, Ника? – ужасается она.

– Нормальные у меня фантазии, Рида, – с горечью произношу, – он прятал меня как грязный секрет и собирался жениться на девушке из богатой семьи, а со мной продолжать тайные отношения, как будто ничего не переменилось. Пока его отец не узнал про ребенка. И за этого парня я должна выйти? Да, он не пойдет против отца, он его очень уважает, а вот ко мне у него уважения ни на грамм!

– Уважение, должен, не пойдет против отца… – закатывает она глаза, повторяя мои слова. – О чем ты говоришь, Ника? Речь о твоем ребенке. Ему нужна семья, отец, его нужно содержать.

– Вот и буду содержать, у него будет семья. Я, мама и Сашка! – горячо спорю я, не желая соглашаться.

Ни за что не скажу Халиду «да» при таких условиях!

Халид

– Я собирался сказать, пап, – говорю я вечером отцу, сидя за ужином. – Знаю, она не та невестка, о которой ты мечтал, но Ника ничем не хуже наших девушек.

– Я разве сказал, что она хуже? Мы живем среди этих людей, сын. Я никогда не был националистом. Просто не хотел, чтобы ты ошибся с выбором, вот и подыскал для тебя девушку из хорошей семьи. Саида… Ай, да что теперь о ней говорить, – машет он рукой.