Одержимость Малиновского

Это хорошо, нужно ещё немного, и я перестану чувствовать, нет души, нет боли, а сердце… Сердце лишь мотор, оно только гоняет кровь. Скачала на ноутбук две фотографии: где он со мной и с ней, открыв, расположила их рядом. Это поможет понять, насколько я была наивной дурочкой сегодня. Поверила, тянулась, словно нищенка, довольствуясь крупицей внимания. Это была лишь игра. Так мне и надо! Заслужила.

Вновь решила посмотреть, что пишут о них, чтобы уж наверняка бомбануло, это как зуб вырвать, резкая боль, и всё. Заметила свежее видео, его жена комментирует новость. Отлично, вот это как раз мне и нужно. Инесса — так зовут его жену, мало того, что была эффектной женщиной, но и далеко не глупой. Не рыдала и не проклинала Ивана, а достоинством королевы отвечала на вопросы репортёра. Она недоумевала, мол, только вчера у них всё было хорошо, и они три месяца назад вновь сошлись, а сегодня эта новость. Она считает, что это какой-то розыгрыш, не было никаких предпосылок, что у него есть другая. Кинула взгляд на комментарии, кто-то считает, что Инесса права, это розыгрыш, есть те, кто поверил и считает меня меркантильной и безнравственной сукой, которая на его деньги позарилась. Не смогла больше читать, меня словно сейчас в грязи изваляли.

— Господи, как же я низко пала, — со стоном прошептала я, закрывая руками лицо. Для меня эта новость была сродни удару под дых. Никогда не думал, что окажусь в подобной ситуации. — Это что же получается, я чуть не переспала с женатым мужчиной? — А тем временем смартфон разрывался, нехотя взяла его и, собравшись, приняла вызов. — Да. — На удивление голос звучал спокойно.

— Котёнок… — это было сродни удару ножом в самое сердце, дыхание перехватило, и в глазах потемнело. — Я был не прав, прости.

«За что ты у меня просишь прощенье? За грязь, что вывалил на меня? Или за то, что, зная о моих принципах, пусть неосознанно, но заставил их нарушить? Ты же знал, что я бы никогда…ни за что… на тебя не посмотрела, зная обо всём». — Но вслух сказала иное.

— Прошу, не называй меня так больше… — и вновь про себя: потому что не имеешь права. — Вань, оставь меня в покое…

— Не могу, котёнок… — опять этот «котёнок».

Это невыносимо!

— Раньше мог, и сейчас получится, — стараюсь отвечать жёстко, смотря на фотографии. И единственное, что выдаёт моё состояние, слёзы, что нескончаемым потом катятся по щекам.

— Не получится… — отвечает глухим голосом, и тут же в нём появляются стальные нотки. — И это в твоих интересах. Я должен был предупредить, насчёт моего брака…

Поздно.

— Эта информация мне ни к чему, это твоя жизнь. Единственное, что ты должен, так это оставить меня в покое.

— Нет. — Как я ненавижу его «нет»! — Я повторяю, что это в первую очередь в твоих интересах.