Одержимость Малиновского

Ох уж это проклятая неуверенность! Когда же я избавлюсь от неё? Ведь чувствую, что любит. И хочет так… отчаянно, что в глазах любимого полыхает пламя, только он его сдерживает. Наверное, боится меня обжечь. Скорее всего.

— Можешь стоять? — опускает меня, и мои ноги касаются прохладного кафеля в душевой.

С волнением смотрит, продолжая поддерживать меня за талию.

— Вань, разумеется, могу, мы же сексом занимались, а не ломали мне ноги, — попыталась пошутить.

Он усмехнулся, отпуская. Сделал шаг назад и прошёлся по моему телу голодным взглядом.

— Я всегда терял голову от твоей красоты, в этом ты превзошла даже свою маму.

Продолжая поедать меня взглядом, он начал избавляться от своих штанов.

Я опускаю глаза и вижу…

— Ого, ты опять возбуждён?!

Я удивилась, ведь говорят, что мужчинам нужно время, чтобы восстановиться, хотя бы минут десять. А тут такое… С интересом рассматриваю его впечатляющий своими размерами орган и поражаюсь, что этот зверь в меня поместился, не разорвав. Теперь я понимаю, почему Иван осторожничал.

И всё же он у него такой… Вот никогда не думала, что буду считать член ошеломляющий красивым. Я, наверное, с ума схожу?

— С тобой я постоянно возбуждён. — Я понимаю на любимого взгляд, и от его улыбки сердце наполняется теплом. — Нравится? — играет бровями, показывая глазами на своего друга.

— Он очень красивый…

— О как! — хохотнул он. Я отвернулась, чтобы скрыть от него смущение, потянулась к крану, собираясь включить воду. — Не смей! — И уже мягче: — Пожалуйста.

— Что? — удивлённо посмотрела на него.

— Мне нравится видеть своё семя на твоих ногах. Не смывай, дай полюбоваться.

— Ладно.

Всё ещё в шоке от его просьбы, разворачиваюсь к нему, борясь со смущением. Он смотрит, внимательно так, словно отмечая каждую деталь. Или запоминая?

Да уж, мужчин понять сложно. Хотя мы — люди — по сути хищники, а самцам просто необходимо метить свою территорию — им так спокойнее, что ли. Такова природа, с ней не поспоришь.

— Я недостаточно тебя пометил…

Подходит ко мне вплотную, жар, исходящий от его тела, окутывает меня теплом, словно одеяло.

А вот и подтверждение моим мыслям. Пометил… Как же здорово это звучит! Бог мой, какая же я извращенка, оказывается!

— Тогда тебе срочно нужно исправиться, а то вдруг кто-то посягнёт… — меня прервали лёгким шлепком по заднице. — Ай! — деланно возмутилась, так как и шлепком это назвать трудно — так, погладил немного.

— Не провоцируй, а то с поясом верности будешь щеголять.

— Ну ты и ревнивый тиран…

— Неверное определение, — берёт меня за плечи, разворачивает и, опаляя ухо дыханием, произносит: — Я одержимый. Обопрись руками на стену. — Мужчина сказал, женщина подчинилась. — Прогнись в спине, — нажимает рукой мне на поясницу. — Шикарный вид, лучше, чем я представлял.