Одержимость Грешника

Что бы я ни делал — она словно ничего не замечает и продолжает любить своего Пашу. Впрочем, я знал, на что иду. Тая — замужняя, мне потребуется ещё много времени, прежде чем она сможет освободиться от чувств к нему. Хотя всё больше стали посещать мысли — а освободится ли она? Всё больше режут по больному эти равнодушные взгляды. Может, я в самом деле лишний здесь?

Но сейчас мои задетые чувства не самое главное. Тае нужно поесть и принять лекарства. Если больше некому этим заниматься — значит, проконтролирую я.

— Я привёз вещи, — сказал я ей, показывая на пакеты у двери. — Разбери.

Тая села на кровати и глянула на меня.

— Спасибо. Оставь, я потом разберу.

Я подошёл ближе и поднял её с кровати, сжав плечи. Посмотрел в её лицо. Всего за два дня лицо осунулось, скулы заострились. Ещё немного, и она станет похожа на подростка. Хрупкая, тонкая… Совсем ещё девчонка. Много же свалилось на её долю.

— Ты опять плакала много? — спросил я, заметив опухшие веки.

Тая опустила голову, но моим рукам позволила остаться лежать на своих плечах.

— Он не стоит твоих слёз, Тая, — горячо шептал я ей, прижимая её к себе, желая успокоить. — Он не стоит того, что будет, если ты не начнёшь жить снова.

— А я не по нему плачу, — тихо ответила она, почему-то оставшись в моих руках.

— А по кому?

— По себе, Лёш.

— Как это?

— У меня была жизнь. Семья. А теперь всё рухнуло. Я не знаю, как жить дальше. Мне страшно. Я не знаю, как пережить это предательство.

— Я зря сказал правду?

— Нет, не зря. Я бы не хотела, чтобы меня обманывали дальше.

— Ты разведешься?

— Не задавай мне такие вопросы сейчас, Лёш. Я не готова на них ответить.

— А что тут ещё думать, Тая? Твоя сестра всё равно ему расскажет о нашей сделке. Он всё равно всё узнает."

"Она выпуталась из моих объятий и отстранилась. Обняла себя руками.

— Я не хочу об этом говорить. Тем более с тобой.

Я поджал губы. Да, наверное, я слишком тороплю события. Всё случится само собой, Тае нужно для начала просто это пережить, а потом она сама придёт к решению о разводе. Да и Паша вряд ли простит её. Юля рассказала ему об измене, я так думаю. Ну а если не рассказала она, то… расскажу я.

Я не дам им быть вместе.

— Ладно, оставим это пока. Иди-ка сюда.

Я ухватил её за руку и потянул к столу.

— Куда?

— Сядь.

Усадил её на стул. Поставил перед ней контейнер с бульоном, снял крышку. Протянул ей ложку.

— Ешь. А потом таблетки пить будешь.

— У меня нет аппетита, — ответила она.

— Я сказал, ешь.

— Не хочу.

— Тогда я сейчас тебя накормлю, как маленькую девочку – с ложечки. Но ты всё равно всё съешь.

Набрал бульона в ложку и поднёс к её губам.

— Ну? — спросил я, когда она сомкнула их сильнее. — Я не отстану и не поеду на работу, пока ты всё не съешь.

Тая забрала ложку из моих рук и принялась есть сама.