Одержимость Грешника

— Я не лезу, — ответил я. — Я приехал узнать, почему ты не вышла на работу.

— Потому что иди ты к чёрту со своей работой.

Развернул её к себе и взял за плечи. Посмотрел в глаза.

— Будешь гробить свою жизнь? Из-за него?

— Буду.

— Неужели так из-за него убиваешься?

— Да. Из-за него, — ответила Тая. В её глазах опять собрались слёзы. — А ты как думал? Что Паша меня предаст, и я за один день забуду его и шесть лет брака, и начну любить тебя?

Жестоко. Но справедливо. Нет, я не рассчитывал, что она начнёт любить меня. Но и не думал, что её привязанность к нему такая сильная. И это рвало душу на части.

Она. Его. Любит.

И пока я ничего не могу с этим поделать.

— Хорошо, не ради меня и не ради себя. Ради дочери ты можешь взять себя в руки?

Тая промолчала и закусила нижнюю губу. Дочь — самое важное для неё. Сейчас совершенно неважно, кого она любит из нас, она должна думать о своём здоровье и о маленькой девочке, которая напугана и ждёт маму домой.

— Доктор сказал, что ты будешь направлена в психиатрию, если не возьмёшь себя в руки.Как минимум тебя поставят на учёт, и ты будешь ходить наблюдаться в диспансер.

— Нет! — вскрикнула она.

Её глаза стали просто огромными, она вцепилась в мой пиджак руками.

— Нельзя туда. Я останусь без дочери.

— Если ты возьмешь себя в руки, начнёшь есть и принимать препараты, которые тебе назначил доктор, то я заберу тебя отсюда уже через пару дней.

Тая так и продолжала молча смотреть на меня и плакать. Пальцы Таи ослабли и отпустили мой пиджак. Она подобрала колени под себя и опустила на них голову.

— Я понимаю, что такое предательство – двойное – тебе пережить нелегко, но надо быть сильной. Ради своей дочери. Она испугана, она ждёт тебя домой. Ты не можешь подвести её!

— Мне нельзя на учёт, — шептала она, а потом сжала мою ладонь. От её касания прошило словно током. — Помоги мне.

Я сжал в ответ её тонкие прохладные пальцы.

Глупая. Да я всё ради тебя сделаю. Только от меня не всё зависит.

— Ты должна помочь мне тоже.

— Как?

— Слушай врачей. Принимай лекарства. Тогда я уговорю их не развивать эту историю и не доводить до постановки тебя на учёт.

— Хорошо, — кивнула Тая. — Я попробую...

— Где твой телефон? — спросил я, не выпуская её пальцев из своей руки.

Она задумалась и так и осталась сидеть, позволяя мне держать её ладонь в своих. Такие редкие касания волнуют душу до предела. Хотя ей скорее всё равно, что сейчас происходит. Моё рыжее Солнце вдруг погасла и опять впала в какой-то транс...

— Дома остался, — ответила Тая.

— А номер Кати помнишь?

— Нет.

Я не ответил. Достал свой смартфон и набрал номер Таи. Трубку долго не брали, а потом Катя всё же ответила.

— Алексей Сергеевич, телефон Таечки дома. Это Катя.

— Я знаю, — ответил я.