Одержимость Грешника

— Миленькая моя, не кричите так… Сердце мне рвёте-то как…

— Катя… Все предали, все! — рыдала я, цепляясь за неё, еле выговаривая слова и с трудом вбирая воздух в лёгкие от рыданий. — Они все… они… Я так больше не могу…

— Таечка, ну что вы? — Бедная женщина не знала, что делать и как мне помочь. — Может, воды?

Она налила из графина воды в стакан и поднесла мне, но я просто выбила его из её рук.

— Не хочу! Ничего не… не хочу! Уйдите все. Все вон!

— Тая… Таечка, — пыталась она поднять меня с ковра и усадить на диван.

— Никого не хочу видеть!!

— Бог ты мой… — перекрестилась Катя, взяла в руки телефон и принялась вызывать скорую.

***

АЛЕКС.

Этой ночью спал из рук вон плохо. В том, что поступаю верно — я лично уверен. Нечего ей делать рядом с этим козлом. Он совсем её не ценит… Только Тая, кажется, считает иначе. Любовь слепа. И зла.

Утром проснулся разбитым и даже позавтракать толком не смог.

Не то чтобы меня мучило чувство вины, но…

Я осознавал, что сделаю ей больно этим. Но пора уже ей узнать правду и прозреть. Пусть больно, но жить во лжи нельзя. Сколько ещё он должен сделать, чтобы Тая наконец поняла, что их семья существует лишь для неё как призрак? Возможно, он её и любит… Но забыл, какое сокровище рядом с ним находится, и стал козлить. А может, он козёл по жизни. И дурак. Такую женщину – и не сберечь…

Вспомнил, как увидел её впервые. На фото… Три года назад. Прошло три года, а я до сих пор помню, будто бы это было вчера.

Три года назад.

Перед моим лицом за стеклом пролетела с криком птица. То ли чайка, то ли ещё какая — не разбираюсь в них, но красивая.

Стоял у окна своего нового офиса. Окно в пол, панорамное. Всегда о таком мечтал. И вот — годы каторжной работы наконец дали свои плоды. Новый офис, расширение производства и штата сотрудников. Теперь мы огромная инновационная корпорация, во главе которой Алексей Северов — то есть я.

Конечно, такую махину организовать и развить в моём возрасте сложно, и мне помогал отец. Начал это дело с небольшой лавочки он, а продолжил и развил уже я. Жаль, что родителей уже нет на этом свете, но в моём сердце они всегда со мной. Нужно только вспомнить…

Обернулся и обвёл глазами кабинет. Дорогой, даже роскошный. Кабинет настоящего генерального директора крупной и значимой для города корпорации с огромным оборотом и стартовым капиталом. Теперь я могу себе такой позволить."

"— Тук-тук, — услышал я и обернулся к двери.В проёме торчала русоволосая голова Пашки, которого я повёл за собой и планировал назначить своим финансовым директором — он уже успел показать свои таланты, когда мы искали замену ушедшему на пенсию предыдущему экономисту. По рекомендациям знакомых вышли на Павла Вострова, и сегодня у него тоже праздник — я хочу предложить ему работу в штате на полную катушку.