Его одержимость

– Я позвала тебя не для того, чтобы ты удерживал меня в машине! В том доме мой сын, а эти… – я посмотрела в сторону стоящей неподалеку машины полиции, – совсем ничего не делают. Как ты не понимаешь? Я должна что-то сделать!

Сжала руки в кулаки, когда поняла, что моя речь не возымела эффекта. Я считала Чёрного другом? Вычеркиваем! Теперь он враг, как и все те, кто не позволяет мне вызволить сына!

– Андрюшка там совсем один! Ему страшно! А мама находится в каких-то ста метрах от него и не может обнять и успокоить! – слезы – самое последнее средство, к которому я готова была прибегнуть лишь в крайнем случае, но получилось довольно натурально, может потому, что я говорила правду? – Выпусти меня, пожалуйста.

Чёрный вынул из бардачка сигареты и, приоткрыв окно со стороны водителя, подкурил.

Когда мы свернули на тот самый роковой поворот, где Аня тыкала в Рому пистолетом, атмосфера в салоне сгустилась. К полицейскому уазику вскоре присоединился еще один. Тонированный черный. Андрей сказал, что это, возможно, ФСБшники. Не знаю, зачем они там, но мне начало казаться, что они совершенно лишние. Потому что именно после того, как их машина появилась, полиция перестала действовать вообще.

Уазик ментов припарковался за соседским забором, чуть поодаль встал Андрей на ауди, а фейсеры, не доезжая до дач полкилометра, встали на обочине. И все. Никто ничего не делал. Никто ничего не предпринимал. Цирк какой-то!

Где обещанная Рос. Гвардия? Где Димас со своими парнями? Тут вообще кто-нибудь собирается работать?

– Вы просто издеваетесь надо мной! – ударила я кулаком по сиденью и обессиленно откинулась назад.

И тут царь снизошел до ответа и, поймав мой злобный, сочащийся ненавистью взгляд в зеркале заднего вида, заговорил:

– Лера, ты хотя бы представляешь, как работают спецслужбы? Нет? Так вот. Сейчас, предположительно, фейсеры дождутся, пока из дома выйдет один из людей, держащих Андрюшку взаперти. Хорошенько отходят его, пока тот не расколется, изымут телефон, сделают пару внушений. А потом он просто заведет их в дом, и они без лишнего шума и выламывания дверей окажутся внутри. Твоего сына сразу же передадут психологу, который, скорее всего, уже караулит в машине, и только потом тебе разрешат пообщаться с Андрюшкой.

Звучало как какой-то абсурд.

– А они разве не должны вламываться в дом, круша двери и разбивая окна?

Черный закатил глаза и выдохнул в форточку струю дыма."

"– Ты пересмотрела боевиков. Хотя и там с похитителями сначала ведут переговоры, а уже потом работает тяжелая артиллерия. Тут ситуация иная. Андрюша – не заложник. И требований о выкупе не поступало. Значит, действовать нужно иначе.

В голове не укладывалось.