Я одержим тобой

Но он до самого конца считал это огромной растратой.

Теперь же, когда у Дмитрия появились собственные дети, мужчину вновь посетила та же мысль. Но Галина Петровна, которая, как жена, знала его, как свои пять пальцев, тут же остановила мужчину:

— Паша у Дмитрия тоже единственный сын. Если отправить его в армию, кто потом бизнесом заниматься будет? — она по-прежнему придерживалась довольно традиционных взглядов, считая, что компанию взять на себя должен мальчик, а Маша, как девочка, должна жить ни печали, ни забот.

Дмитрий обнял девочку, удобно устроившуюся у него на коленях:

— Ну, сын от дочери не отличается, — лично он не считал обязательным отдавать бизнес в руки исключительно мальчика. Кроме того, он всегда любил и баловал дочь больше, чем сына. Если она будет заинтересована в семейном бизнесе, и сын захочет пойти в армию и стать военным, Дмитрий может отдать всю компанию одной Маше.

— Ну что, хочешь пойти со мной в армию? Поносить ружье? — еще раз спросил Фадей.

— Настоящее ружье? — переспросил Павел.

Мужчина уверенно ударил себя в грудь:

— Естественно.

— Тогда хочу. Это так круто, носить оружие и бороться с плохими парнями, — отозвался мальчик, при этом встав в позу, словно у него в руках действительно было ружье.

Его игра в солдата выглядела настолько правдоподобно, что Фадей Никонович, наблюдая за мальчиком, заметно повеселел и снова громко рассмеялся. Подняв голову, он взглянул на Дмитрия. — Вы же молодые, еще родите. А этого — отдайте мне.

Галина Петровна мгновенно приструнила мужа:

— И какой толк тебе от этого? Он же еще совсем ребенок.

— Тогда подожду, пока вырастет, — похоже, он действительно загорелся тем, чтобы мальчик пошел по его стопам. Ему оказалось достаточно всего одного взгляда, чтобы Павел пришелся по душе.

— Так, ладно, пойдемте кушать. Все уже давно готово, — в этот момент Галина Петровна встала и отправилась на кухню, чтобы расставить блюда.

Светлана встала за ней следом:

— Я помогу.

Дмитрий кивнул.

— А мы пойдем за стол, — произнес Фадей Никонович, ведя за собой Паши.

Прямоугольного стола, окруженного шестью стульями, оказалось вполне достаточно. Фадей Никонович сел во главе, посадив рядом с собой мальчика.

В это время на кухне Галина Петровна сказала Светлане:

— Я и сама справлюсь. Ты иди садись, тут буквально пара минут работы.

Света открыла кран, чтобы помыть руки:

— Мне все равно заняться нечем. Вместе быстрее будет.

После ее слов Галине Петровне было уже как-то неудобно отказываться, поэтому она согласилась на помощь. Женщина наготовила так много, что когда еда была расставлена, она еле поместилась на столе.