Я одержим тобой

На улице ужасно холодно!

Дмитрий слегка кивнул в ответ, одной рукой обнимая дочь, а другой — держа за руку Светлану, переживая, что жене станет неудобно, стоит им зайти внутрь.

Светлана повернулась, посмотрев на него, но затем молчаливо отвела взгляд.

Женщина средних лет продолжила с все той же улыбкой на лице:

— Фадей с самого утра отправил меня за продуктами, сказав, что ты сегодня придешь. Он уже давно сидит в гостиной и только тебя и ждет.

Дмитрий еле слышно выразил благодарность, такой уж у него был характер. Пускай у них были достаточно хорошие отношения, но, как с родственниками, он не был с ними близок."

"Женщина, явно к этому привыкшая, говорила все с тем же поразительным энтузиазмом:

— А это, должно быть, твои детки?

Дмитрий угукнул. Женщина посмотрела на Паши, затем переведя взгляд на Дмитрия, подумав, что их словно вырезали по одному и тому же трафарету, настолько они были похожи друг на друга.

Раньше они не были столь похожи, но с возрастом мальчик все больше становился с отцом точно две капли воды.

— Какой же он красивый, ну прямо не наглядишься, — хихикнула собеседница. — Ах, подумать только, у тебя уже собственные дети есть. А Влад только и знает, что целыми днями развлекаться. Фадей скоро с ума сойдет от беспокойства.

— Он не вернется на Новый год? — без эмоционально спросил Дмитрий.

Ласман Владислав был единственным сыном Фадея, с детства только и умевший, что бунтовать. Если отец говорил ему есть овощи, тот питался исключительно фруктами. Отец говорил ему поступать в Западный университет, тот, во что бы то ни стало, собирался ехать на другой. В общем, до жути упрямый, он все и всегда делал наперекор. Когда Фадей Никонович хотел, чтобы сын пошел по его стопам и стал солдатом, тот проигнорировал его и уехал заграницу, поступил в университет и бросил их. Впоследствии, однако, специальность ему не пригодилась, ибо Владислав решил стать знаменитостью.

Фадей Никонович «этих звезд» ни во что не ставил, считая, что это ничем не отличается от актеришек, с которыми не считались в его время. Но сын до самого конца не сдавался, делая все против воли отца. Чем сильнее тому что-то не нравилось, тем с большим энтузиазмом Владислав за это брался.

Сейчас же карьера пошла в гору, он стал безумно популярен, но поскольку взял себе псевдоним, а Фадей Никонович не позволял никому, кто знал, распространяться об этом, для мира так и оставалось тайной, что его сын — знаменитость.

Когда они вошли в дом, женщина закрыла дверь и в комнате заметно потеплело.

Светлана заглянула внутрь, заметив человека, сидевшего на диване с газетой в руках, которая закрывала его от всего, что происходило вокруг.

Глава 313 Можно отдать бизнес дочери

— Нет, не вернется.