Я одержим тобой

Уж лучше бы она пустыми вопросами мироздания задавалась, чем такой дурью страдать.

— Она не достойна тебя! — вдруг взревела Майя.

Трифон окончательно убедился в том, что она сумасшедшая. В то же время Майя считала сбрендившим Трифона.

— Она красивая, добрая, умная. У нее есть работа, своя карьера. Прекрасная самодостаточная женщина. А я? Я — всего лишь калека, мелкая козявка, которую взяли на воспитание из-за того, что жалко стало. Так в каком месте это она меня недостойна? Наоборот, это я недостаточно хорош для нее.

— Нет! Нет, нет… — Майя что есть мочи замотала головой, бросившись вперед и схватив Трифона за руку. — Трифон, она обманула тебя, ты одурманен. Она не может быть твоей возлюбленной…

Трифон стоически спокойно наблюдал за ее безумием и неконтролируемым поведением, холодно усмехнувшись:

— А кто тогда? Ты что ли, моя возлюбленная?

Глава 256 Полностью заслонившее желание

Майю словно громом поразило, словно молния прожгла ее сердце насквозь. Она замерла. Руки, которые до этого крепко сжимали руки Трифона, ослабили хватку.

Нет, она тоже не достойна его. Она отвратительна. Ее тело осквернено грехом.

Окруженная ужасом и беспомощностью, она медленно отступала от него, боясь, что своим грязным телом может испачкать и его тоже. Она ненавидела, испытывала неописуемую обиду, готова была уничтожить всех тех, кто испортил ее, как человека. Она винила судьбу во всей той несправедливости, что коснулась ее.

— Ты ведь еще можешь исправиться, — Трифон собрал остатки терпения, увещевая ее в последний раз. Он правда надеялся, что Майя сможет осознать и признать вину. Он верил, что такой добрый человек, как Светлана, наверняка даст ей второй шанс.

Майя вдруг залилась хохотом, и звук этот становился все громче. Широко распахнув свои налившиеся кровью глаза, она уставилась на Трифона, в чьем взгляде читалось невыносимое разочарование.

— Это тебе нужно встать на путь истины! Тебе, Трифон!

Мужчина прикрыл глаза, инстинктивно понимая, что эту сумасшедшую уже не спасти. Он сделал все, что было в его силах, совесть его была чиста, ибо Майя собственными руками рыла себе яму, загоняя в тупик, из которого ее никто уже не способен вытащить на волю.

— Я сделал все, что мог. Впредь не вини меня. И надеюсь, в будущем ты не пожалеешь о своем решении, — Трифон вытащил мобильный телефон, набрав Алексея. Вскоре на его звонок ответили. Даже головы не поднимая, и тем более не взглянув ни разу на Майю, он произнес. — Пусть забирают ее.

Девушка резко округлила глаза, а зрачки ненормально увеличились. С отвратительным и свирепым видом она выкрикнула:

— Ты! Кому ты собрался меня отдавать?!

Мужчина ничего не ответил, утратив всякое желание смотреть на нее.