Я одержим тобой

Дмитрий намеренно не стал подниматься на лифте, а поднялся по лестнице, по которой никто не ходил. Паша понимал его намерения, и чем выше они поднимались, тем больше он нервничал и невольно сжимал руку Дмитрия. Он оставался спокойным, позволяя Паше держать его за руку.

— У тебя еще время пожалеть об этом, — сказал Дмитрий, открывая дверь.

Паша схватил Дмитрия за руку и покачал головой.

— Я не жалею, давай!

Его не может напугать какая-то кукла.

Дмитрий повернул голову и посмотрел на сына. То, что Паша сделал, уже можно считать успехом. Он преодолел свой внутренний страх. Иначе ему не хватило бы смелости зайти в эту комнату.

На самом деле Дмитрий не хотел заставлять сына смотреть на куклу еще раз, он лишь хотел, чтобы мальчик преодолел свой психологический страх, иначе это повисло бы над ним как тень и повлияло бы на его будущее. Он был очень доволен сыном.

Паша отпустил руку отца и сам вошел в комнату.

Глава 243 Спокойно, все хорошо

Он раз за разом твердил про себя, что все это не по-настоящему, если он будет бояться, то тут же останется обманутым негодяями. Ему нельзя бояться.

Уверенной походкой он подошел к кровати и схватив одеяло, с силой откинул его, но под ним ничего не оказалось, он обернулся и взглянул на Дмитрия, стоявшего в дверном проеме:

— Где кукла?

Пока Дмитрий поднимался с ним наверх, он тут же велел выбросить вещь. Он испытывал радость и гордость за то, что сын такой отважный.

Дмитрий вошел в комнату и положив свою большую ладонь на макушку Паши, ласково погладил его:

— Ты настоящий храбрец.

— Конечно, — Паша задрал голову, и в этот момент на его лице появилась гордость, — я ведь мамин сын, конечно, я храбрый, когда я вырасту, я буду защищать ее, только…

— Кажется, мама рассердилась, — похлопал глазами Паша.

Дмитрий взглянул на него:

— Идем."

"Он спустился с Пашей вниз, и завел его в кабинку к Итону, оставив его есть вместе с ними, а сам отправился к жене. Светлана все еще стояла на крыльце, она протестовала против этого произвола, сожалея, что не остановила их.

Увидев Свету, Дмитрий остановился, после чего размеренным шагом направился в ее сторону:

— Ты должна верить нашему сыну.

Светлана обернулась и посмотрела на него: конечно же, она верит своему сыну, но ему всего пять лет!

— Гусев, ты с ума сошел?! — подбежала она к нему и стала бить его в грудь, он стоял неподвижно, словно крепкая гора, позволяя ей выместить свою злобу.

Светлана была крайне взволнованна, она размахивала обеими руками, Дмитрий, опасаясь, что она может навредить сама себе, схватил ее за руки и крепко прижал к себе:

— Остынь.