Я одержим тобой

Евгений пока еще сердился на сына. Ему не нравилось то, что произошло в больнице, за это было стыдно. Однако, с деланой улыбкой он сказал:

— Я был слишком груб с тобой.

Георгий никак не реагировал. Анастасия быстро решила выступить в роли миротворца:

— Геша, не опускайся до уровня своего отца.

Услышав, что во всем обвиняют его, Евгений уставился на жену.

Глава 961 У него не камень вместо сердца

Анастасия подмигнула, и Евгений замолчал.

— Ты редко нас навещаешь, брат, — подметил Михаил и потянулся вилкой к тарелке. — Мы лишь рады, что ты с нами.

К столу были поданы любимые блюда членов семьи.

— Спасибо тебе, сын, — сказала мать. Ее лицо озарилось улыбкой от того, что ее сын весело смеялся и не тем деланным смехом, который она давила из себя, когда приносила свои извинения.

— Не часто нам удается собраться вместе за одним столом. Давайте выпьем.

Анастасия поставила на стол бутылку вина и налила бокал Георгию.

— Это все моя вина, не опускайся до моего уровня.

— Мам, у Геши еще нога не зажила, может, ему не стоит пить? — заметил Михаил и передвинул бокал брата к себе. — А то упадет еще где-нибудь.

Лицо Анастасии отвердело, и она приструнила сына:

— Не много ли ты себе позволяешь? Это бокал для твоего брата.

— У брата травма, — не унимался Михаил, глядя матери в глаза.

Мать подумала про себя, какой же ее сын дурак. Выдерживая улыбку, она выдавила:

— И ты не пей тогда.

Михаил поднял заполученный бокал.

— Не пропадать же добру, — сказал он и поднес вино к губам.

Мать тут же остановила его.

— Миша!

— Что? — не понимающе спросил он.

— Ничего. — Анастасия отняла у сына бокал. — Если брат твой не пьет, значит и ты не пей.

Этот принцип показался Михаилу странным, и он высказал:

— Если вино уже налито, значит, надо выпить, не так ли?

— Ты не должен пить один, — пояснила мать, убирая бутылку с вином.

Михаил не понимал, что заставило мать так взбудоражиться, а вот у все время молчавшего Георгия, казалось, была догадка. Может быть, с вином что-то не так? Мачеха лишь хочет, чтобы он пил его? На сердце Георгия в одночасье похолодело. Они позвали его не из искренних побуждений? Не ради примирения? Что они затеяли? Георгий притворился, что ничего не замечает. А Михаил загрустил от того, что ему не досталось вина.

— Ешьте-ешьте. — Анастасия села за стол. — В кои-то веке вместе собрались.

— Ага, — тяжело вздохнул Михаил. — Уже и не помню, когда в последний раз было.

Очень давно. Так давно, что он и забыл.

Георгию совсем не хотелось есть в их доме.

— Я уже ел, ешьте вы, — сказал он и откатился от стола.

Евгений старший нахмурился.

— В смысле? С примирением покончено, осталось, наконец, поужинать вместе. Ты ведь не хочешь испортить всем настроение?

— Ай, — встряла Анастасия, — не хочет есть — не надо. Раз уж он уже поел.