Я одержим тобой

Он был пятилетним ребенком, как он мог сам все это придумать?

— Ты… почему ты так ненавидишь его? В прошлый раз ты уже…

— Я ненавижу его! — Паша вдруг поднял голову и посмотрел на нее. — Он обидел маму! Я хочу, чтобы он стал позорищем!

Светлана нахмурилась. Раньше он не был таким, но инцидент с Дмитрием сильно ранил его. Так не пойдет.

— Я запрещаю тебе снова так поступать!

— Но он — мерзавец! Почему я не могу отомстить ему? — Паша не собирался мириться с этим. Этот мерзавец бросил их, так он должен уважать его? Ни за что!

Светлана не могла и представить, что встретится с таким сопротивлением. Она нахмурилась и терпеливо сказала:

— Паша, ты поступил плохо.

— Кто это сказал? — Паша был уверен, что Гусев — мерзавец, бросивший их с мамой. И в этот раз он обязательно ему отомстит. Если ничего не делать, есть ли вообще смысл возвращаться?

Светлана злилась:

— Я сказала, что ты был не прав.

— Вовсе нет!

В гневе Светлана замахнулась. Она хотела ударить его, но, посмотрев на нежное лицо сына, опустила руку. В раздражении Светлана забрала его планшет, умные часы и остальные гаджеты:

— Сегодня без обеда, подумай над своим поведением. Когда поймешь, что был не прав, тогда и поешь.

Паша не возражал. Он не мог пообещать мамочке, что больше не будет доставлять Дмитрию проблем. Без еды, значит без еды, все равно с голода не умрет. Только когда она забрала его умные часы, он понял, что больше никак не сможет связаться со своим профессором.

— Что случилось? Почему ты так разозлилась? — как только Светлана вышла, спросила ее мать.

Она почти никогда не ругалась так громко на Пашу, это было впервые.

— Мам, пусть он будет дома, я запрещаю ему выходить, — Светлана кинула изъятую технику в выдвижной шкаф стола и стала помогать Виктории Александровне убираться.

В доме было всего навалом, но куда они что положили…

— Он — пятилетний ребенок, что может стоить того, чтобы ты настолько рассердилась? К тому же, Паша — смышленый мальчик, он гораздо рассудительнее, чем дети его возраста.

— Слишком уж рассудительный. Он должен слушать, что ему говорят. Дети должны оставаться детьми, — стоило Светлане подумать о гадости, которую он смотрел, как она снова выходила из себя.

Света редко так злилась, и Виктория Александровна подумала, что, возможно, Паша и правда сделал что-то ужасное. Она решила перевести разговор в другое русло:

— Чуть позднее я схожу в магазин купить кое-что. Заодно куплю цветы, чтобы в доме было повеселее, — она поставила кубок Светланы и обернулась, чтобы посмотреть на дочь. — Тебе нужно что-нибудь купить? Я вполне могу.

Они только вернулись и нужно было купить много всего. Светлана написала список и протянула его Виктории Александровне:

— Вот что нужно.