Я одержим тобой

— Я хочу попросить Вас об одолжении, — Георгий посмотрел на него.

— Говори, если я смогу, то я сделаю. Ты сейчас очень известный человек в нашем городе, такую честь я определенно окажу тебе.

— Я не буду просить подполковника Уткина помогать мне просто так, потом если что понадобиться, смело обращайтесь ко мне, — Георгий с Уткиным обменялись любезностями, добавив: — я очень не хочу, чтобы жизнь Людмилы за решеткой не была легка и спокойна.

Георгий посмотрел в окно на блистающие в далеке огни ночного города, а глаза его приобрели непреклонно суровое выражение.

— Ясно, — ответил Уткин, хоть Георгий не попросил его напрямую, он знает, что делать как следует. — Ладно, у меня еще дела и я пойду.

— Подождите, я могу что-нибудь сделать для Вас? — Георгий поднялся вслед за ним.

— Да ничего, ты теперь должен мне. Надеюсь, в будущем, если мне понадобится твоя помощь, ты не откажешь мне.

— Конечно, не откажу.

— Я не буду ужинать. Не провожай меня. — Уткин на прощанье махнул тому рукой.

Тихон все равно проводил того до лифта и потом вернулся в ложу, внутри которой свет хрустальной люстры сталкивался с сиянием неоновых огней, преломлявшихся в стекле окна, превращая ресторанную ложу в великолепный океан красочного света. Георгий стоял у окна и смотрел вдаль, его высокая фигура выглядела подавлено и одиноко.

— Людмила умрет? — наконец спросил вошедший Тихон, после того как войдя в ложу он долгое время смотрел на Георгия."

"Глава 913 Встреча Семена с Савелием

— Почему она тебя заботит? — Георгий повернувшись, окинул Тихона пристальным взглядом.

— Я всегда считал ее другом, мы с ней все время были рядом с тобой… — Тихон ответил, опустив глаза.

— Она должна умереть, — сказав, Георгий снова отвернулся к окну. Город, как и прежде, искрился и переливался неоновыми огнями, по улицам без отдыха сновали люди, словно они были не настоящими.

Как и Георгий в этот момент, который превратился в ходячего мертвеца, в нем больше не было души, осталось лишь бренное тело.

— Тихон, ты когда-нибудь совершал то, о чем потом очень сильно сожалел? — низким и хмурым голосом спросил Георгий.

— Да, совершал.

— Расскажи мне, — кажется, подобным вопросом, Георгий искал чувство равновесия, он хотел знать, что другие тоже испытывают сожаление и досаду.

— Мне нравилась одна девушка, но я ей не нравился.

— Почему не боролся за нее? — Георгий, развернувшись, посмотрел на того. — Разве счастье не зависит только от тебя самого?

— Я не хотел принуждать ее, не хотел ставить ее в затруднительное положение. Она была счастлива, чему я был несказанно рад. Если бы однажды она пришла ко мне, потому что перестала быть счастливой, я бы с радостью принял ее, — сказал Тихон, качая головой.

Георгий долгое время смотрел на друга.