Я одержим тобой

Есть ли смысл в победе или проигрыше в этом деле? Все люди смертны. Не будет людей — ничего не будет. Пусть мы и сможем выиграть небольшую компенсацию для родственников погибшего, но что для них эти деньги, когда человека уже не вернуть? Даже заполучив компенсацию, мы не сможем отправить изменщика за решетку, мы ничего не можем сделать против него, лишь оскорбить. Думаешь, в этом есть какой-то смысл?

Смысл слов собеседника был очевиден — не стоит ввязываться в это дело. Бесполезная трата сил и нервов.

— Неужто не возьметесь за него? — Кира понимала, что имел в виду коллега Стаса. Для них в это деле нет смысла, будет ли победа или проигрыш — не имеет значения.

Произошла измена со стороны мужа. Это его вина. Вот только подобная оплошность ограничивается лишь браком. Он не считается преступником. Он виновен, без сомнения, но преступление не совершал. Это было самоубийство, не имеющее к нему никакого отношения.

Возбудив дело, можно дойти лишь до денежной компенсации, этим все и ограничится. Кира подумала, насколько это несправедливо. Этого слишком мало, чтобы компенсировать измену. Если тот изначально ее не любил, тогда зачем женился? Чужая дама — не твоя, А значит — хороша?

Фраза неприятная, но не бессмысленная.

— Да, не возьмусь, — ответил адвокат. Стоящие позади адвокаты были согласны с его мнением. Они считали, что в этом деле нет выгоды, к тому же пострадает человек.

— А что если я настаиваю? — Стас не желал чересчур углубляться, не понимают значит не понимают. Вот только он собственными глазами видел, как семья пострадавших приходила в похоронный зал забрать прах своей дочери, чтобы предать его земле.

Больно видеть подобное!

Пусть даже изменивший жене мужчина потеряет все свое имущество, это тоже станет для него наказанием. Все узнают, что он виновен.

— К чему все это? — спросил один из адвокатов.

— Верно, смысла нет. Ну а если его нет, смысл что-то делать? Стас, раньше ты говорил, наша профессия одновременно и добра, и зла, справедливость в нашем деле не поможет. А сейчас ты основываешься на личных мотивах и идешь наперекор своим словам.

— Что было, то было, — тихо ответил Стас."

"Сейчас он изменился. Раньше он желал славы и выгоды, нарушал многие свои желания, преступал свою совесть. Иногда он прекрасно понимал, что поступает неправильно, ведь он должен защищать всеми возможными способами. В этом заключается темная сторона адвокатского дела. Раньше он мог не обращать внимание на личности в деле. Главное, чтобы оно было прибыльным или принесло ему хорошую славу. Он брался за все.

И говорил то же самое адвокатам, работающим в его конторе. А сейчас он вдруг осознал и решил изменить ход своих мыслей. Его совесть изрядно пострадала.