Я одержим тобой

Выбирая между ними двумя, он должен, превозмогая боль, отказаться от одного.

Виктория Александровна, пытавшаяся успокоить Дмитрия, не сдержавшись, расплакалась сама, но не желая показывать свои слезы, она спряталась в углу: почему на долю ее дочери выпало столько испытаний? Казалось, что теперь счастье, наконец, улыбнулось ей, кто мог подумать, что ей снова придется пережить эти трудности.

Виктория Александровна думала о том, что если бы ее жизнь можно было обменять на здоровье дочери, то она бы отдала отведенные ей годы на счастье и благополучие дочери и ее семьи.

В этот момент никто не решался подойти к Дмитрию и заговорить с ним. Все стояли неподалеку в ожидании и надежде, что с матерью и ребенком все будет хорошо.

Спустя около двух часов, над операционной загорелся зеленый свет, и спустя еще некоторое время, он потух. Вскоре дверь операционной распахнулась, и оттуда вышли три врача. Их тут же окружили.

Среди врачей был и тот, который все это время наблюдал за состоянием Светланы, он снял маску и сказал:

— Операция была сложной, разрыв матки роженицы вызвал обильное кровотечение, и в последствии — шок, в течение трехчасовой операции пациенту была оказана необходимая помощь.

В больнице заранее подготовились к операции Светланы, для предотвращения сильного кровотечения в процессе, они запаслись кровью подходящей группы. Объем потерянной ею крови был практически равен двойному объему крови в целом теле человека, ее кровь залила почти всю операционную, одновременно ей делали вливание, поддерживая нормальное кровяное давление.

— Главное, что с ней все в порядке, это очень хорошо, — радостно промолвил Фадей Никонович."

"Все же, ребенка он не видел и не был рядом во время ее беременности, поэтому он не вызывал у него никаких чувств, а Светлану он знает вживую, и она единственная дочь его сестры.

Дмитрий, стоя в напряженной позе, тихо спросил:

— Когда моя жена может выйти?

— Через двадцать четыре часа, хотя операция прошла успешно, но она все еще пребывает в зоне риска, ей необходимо наблюдение специалиста.

— Могу я увидеть ее?

— Нет, никак.

— Что значит никак? — вмешался Владислав.

Доктор промолвил:

— Я объясняю вам, что роженица все еще находится в зоне риска, ей необходима профессиональная помощь. Так как младенец слишком долго находился в утробе без кислорода, он отправлен в неонатальное отделение, где ему оказывается медицинская помощь, и сейчас увидеть их не получится.

Дмитрий вдруг сжал кулаки с такой силой, что на тыльной стороне его рук выступили вены, и подавляя бурю внутри себя.

— Мой ребенок еще жив? — спросил Дмитрий.

— После того, как вы подписали документ, ваша жена еще была в сознании, она понимала ваше желание и по-прежнему настаивала на том, чтобы мы спасли ребенка.