Я одержим тобой

Вера села на стул около кровати.

— По правде говоря, я не должна приходить сюда, ведь между нами… — она подняла голову и посмотрела на Светлану. — Я знаю, они совершили ошибку и получили по заслугам, и я не должна хотеть мести. Но они ведь мои родственники. Понимаешь?

— Ты должна разговаривать об этом со своими, еще оставшимися в живых родственниками, которые допустили эти ошибки. Мы живем в правовом обществе. Если кто-то нарушил закон, он должен нести соответствующее наказание. Никому нельзя спускать это с рук. Ты переживаешь за своих родственников. А те люди, которые пострадали из-за твоих близких, у них тоже есть семьи. Это глупо и неразумно, принимать чью-то сторону в этом вопросе. Ты говоришь, что ты все поняла, но нет. По-твоему, если я или мой муж, если мы будем жить несчастливо, только тогда наступит справедливость. Но что тебе стоит сделать, это пойти к своему брату и сказать, что этот мир справедлив. Если совершил ошибку, нужно стараться все исправить, начать все с чистого листа, только так будет правильно. Если он продолжит настаивать на своем, никто уже ему не поможет. Не так ли?

Вера вдруг прозрела. Изначально, она хотела что-то сказать, но сейчас не могла говорить.

Светлана не собиралась говорить о морали. Она сказала все это лишь для того, чтобы открыть Вере истину. Если бы в этом мире не приходилось отвечать за свои ошибки, тогда бы настал хаос. О какой личной безопасности тогда можно бы было говорить?

— Если ты любишь своего брата, ты должна рассказать ему о правильном поведении, о том, что нужно зарабатывать честным путем вместо того, чтобы нарушать законы и отмывать преступные деньги. Ты прекрасно знаешь, что делал твой брат. Твои родители не останавливали его, а наоборот покрывали, сея этим семя будущих бед.

Было невозможно не признать, что Светлана говорила все верно. Если бы их отец не занимался взяточничеством, если бы он, употребляя полномочиями, не прикрывал брата, а сказал бы ему, что нельзя делать. Возможно, все бы не дошло до такого. Вера пришла, чтобы сказать Светлане, что сдается, и что они в долгу перед ней. Но сейчас она подумала и поняла, что они не сделали ничего плохого, просто вскрыли всю правду, сделали так, чтобы преступники понесли наказание. Она медленно закрыла глаза. Внутри у нее творился хаос, окутывали сложные чувства. Она вдруг рассмеялась:

— Ты хочешь сказать, будучи Гуриной, я думала совсем не так, как остальные. Да?

Светлана не считала, что это связано с личности или роде. Это зависело от личного мышления и осознанности человека. Теща Трифона, третья из сестер, все понимала и совсем не собиралась вмешиваться. Она знала, кто прав, а кто виноват.

— Говори, зачем ты сюда пришла? — Светлана посмотрела на Веру.

— Просто пришла увидеть тебя. — спокойной сказала она.