Я одержим тобой

— Скажи ей, что мне сейчас не удобно принимать гостей…

Светлана вначале не поняла кто это. В последние несколько дней она находилась в не очень хорошем психическом состоянии. Она тревожилась из-за того, что Итон пропал без вести. И беспокоилась, что у дочери могут остаться психологические травмы. Кроме того, срок ее родов становился все ближе, поэтому она очень легко уставала.

Подожди, Римма? Разве это не девушка Итона? Светлана потерла виски. Зачем та пришла?

— Ладно, впусти ее. — Все-таки не слишком хорошо держать девушку Итона за дверью.

Светлана села на кровати, гувернантка, увидев, что той трудно с Машенькой на руках, подошла и хотела взять девочку к себе на руки. Но кто знал, что Маша при этом еще сильнее обнимет маму за шею, больше всего боясь, что та отпустит ее.

— Мамочка не уходит от тебя, чуть полегче, а то мамочка скоро не сможет дышать, — похлопывая дочку по спине, Светлана тихим голосом утешала ее.

Маша ослабила хватку своих ручек, но не отлипала от мамы, боясь, что Екатерина Алексеевна возьмет ее на руки. Светла погладила Машеньку по волосам, она знала, что полученный ею испуг мог привести к душевным проблемам, поэтому с ней сейчас требуется обходиться с особой осторожностью и всячески оберегать ее.

— Екатерина Алексеевна, ты спускайся, я попозже подойду.

Гувернантка кивнула в ответ головой, и ушла.

— Все уже закончилось, больше ничего не случиться, — Светлана погладила дочку.

Маше не отвечала, а лишь обвивала ручками ее за шею.

— Внизу гость, мамочка пойдет туда с тобой на ручках, хорошо? — Светлана поцеловала дочку в лоб.

Та все так же молча, все сильнее зарылась в объятия Светланы. Погладив Машу по голове, Светлана встала, сейчас дочка уже стала намного тяжелее. Обхватив дочь одной рукой за талию, а другой, поддерживая, прижала к себе, смотря через плечо дочери, она пошла вниз. Ступив на лестницу, Светлана, потеряв равновесие, чуть не упала, одной рукой держа Машу, другой опираясь на перила, она сумела спуститься.

— Деточка, твоя мама беременна, ей не удобно держать тебя, иди ко мне, — видя, что Светлана с трудом держит дочь на руках, Римма которую впустила гувернантка, подошла, чтобы ей помочь.

— Не нужно, спасибо. Ей не нравится, когда ее берут на руки посторонние, — Светлана остановила ее протянувшую руки к ее дочери, но прежде чем она договорила, Маша уже расплакалась.

Гость спешно одернула руки.

— В чем дело? — спросила подошедшая и услышавшая плачь Екатерина Алексеевна, которая наливала воды для гостей.

Та смутилась, Римма хотела просто помочь.

— Помедленнее, не торопись, — бросив взгляда на Римму, гувернантка протянула руки, чтобы помочь Светлане.