Я одержим тобой

Он сжал заднюю часть ее лодыжки и спросил:

— Кажется, у тебя ноги распухли?

Светлана протянула руку, коснулась их и ответила:

— Нет.

— В книге написано, что беременные могут опухать.

— Это произойдет только через 7–8 месяцев, — ответила Светлана.

Дмитрия озарило:

— А, вот оно как.

Светлана покачала ступней:

— Не переводи тему. Я спросила, отпустишь ли ты его.

Она сразу же отреагировала, почувствовав, что он специально переводит тему, не желая упоминать Трифона.

Дмитрий крепко схватил ее качающуюся ногу:

— Как ты думаешь, почему я его так сильно ненавижу? Я бы хотел, чтобы Борис и правда убил его, чтобы он больше не маячил передо мной и не портил мне жизнь.

Глава 590 Я простой человек

Светлана не могла не усмехнуться. Как он может вести себя так по-детски?

— Я бы хотела сейчас дать тебе зеркало, чтобы ты сам увидел, какой ты сейчас ехидный.

Дмитрий холодно фыркнул, взял полотенце и вытер им ее ноги.

Светлана наклонила голову и посмотрела на него:

— Злишься?"

"Иначе почему он не говорит ни слова?

Вдруг Дмитрий отбросил полотенце в сторону, двумя руками схватил ее лодыжки и придавил ее всем телом. Светлана начала сопротивляться:

— Ты что делаешь? — Прошептала Светлана, сопротивляясь, — Здесь же дети спят!

Вдруг он лукаво приподнял брови и тихо проговорил:

— А ты кричи потише, тогда они и не проснутся.

Светлана опешила.

— Почему ты становишься все более и более бесстыдным? — Светлана продолжала бороться с еще большей силой, боясь, что в него вселился черт, и он начнет делать что-то неподобающее прямо перед детьми.

Дмитрий согнул колени и зажал ее ноги своими ногами, обездвиживая ее. Его ум был чрезвычайно ясен, и даже если перед ней он теряет самообладание, он не станет опрометчиво совершать перед детьми что-то из ряда вон выходящее.

Он спокойно посмотрел на жену. Она и так была очень молода, но ее изящная красота заставляла ее выглядеть еще моложе. Ее щеки были нежными и белыми, словно фарфор. Он нежно коснулся их:

— Свет, мне не нравится то, как он о тебе думает. Ненавижу.

Он не мог быть великодушным к тому, кто жаждет его жену.

— Я человек простой, и моя девушка должна принадлежать только лишь мне одному, и никто не смеет о ней даже и подумать.

Светлана понимала его, ведь если бы кто-то точно так же имел похожие намерения по отношению к Дмитрию, то она тоже не могла бы быть спокойной и счастливой, и всегда бы чувствовала дискомфорт в душе.

— Я понимаю, но я люблю только тебя, а по отношению к нему я просто честна, — выразила свои мысли Светлана. Этот мужчина иногда был чересчур эгоистично невнимательным, и нужно было постоянно объяснять ему, чтобы он не выдумывал лишнего.