Я одержим тобой

Трифон в свою очередь смог вовремя остановиться и не позволил разговору подойти к точке невозврата и сперва решил вывести их из тупика:

— Я пришел, чтобы выразить вам благодарность. Надеюсь, Фадей Никонович потерпит большую неудачу и успокоит душу моего приемного отца в раю.

Дмитрий был на грани того, чтобы взорваться от злобы:

— Выразить мне благодарность? Тогда почему мне показалось, что в ваших словах провокация?

Трифон все же не отступал в своих попытках урегулировать конфликт:

— Дмитрий Ильич, не держите на меня зла, я, правда, хочу извиниться и рассказать вам об одном деле. Светлана уже давно знает о личности Елизаветы Родионовны. Она никогда не говорила вам правду, потому что боялась, что вы не сможете справиться с тем, что самым ненавистным человеком стала для вас родная мать. Именно поэтому она обратилась ко мне, я же думал, что вы, будучи таким умным человеком, уже давно поняли, что к чему. Что же касается того, почему она об этом ничего не говорила, то я думаю, это можете знать только вы.

Фактически же, Трифон пришел к Дмитрию, чтобы узнать, что за тяжкие проблемы образовались во взаимоотношениях между Дмитрием и Светланой. Он больше не хотел ни минуты наблюдать за тем, как Светлана страдает с ребенком на руках. Но он даже и не подозревал, что корень этих проблем совершенно в другом."

"Дмитрий встал со стула, его рубашка вся помялась и покрылась складками, но это ни капли не мешало ему продолжать держаться с достоинством. Смотря сверху вниз, он сказал:

— Трифон Олегович, вы, действительно, знаете немало. Однако люди, которые всегда уверены только в своей правоте, заставляют других их ненавидеть.

— Правда?

— Ваши подчиненные по-настоящему преданы вам. Не знаю, смогу ли я снова надеяться на такие таланты, даже если удвою зарплаты и появятся ли те, кто начнет колебаться? Я в самом деле очень заинтересован в ваших людях. — Ловушка, которую Дмитрий расставил для Трифона, нанесла ему большой ущерб, но вот в чем он просчитался — так в том, что не расставил эти ловушки для его подчиненных. Но он верил, что в этом мире нет такой двери и проблемы, решение ключ к которой невозможно найти. Главное, терпение, ведь вода камень точит.

Они смотрели друг на друга, а в комнате повисла мертвая тишина. Но потом первым во весь голос рассмеялся Дмитрий и начал вертеть в руках ручку, которую до этого уронил на стол.

— Я пошутил, почему же с вашего лица ушли все краски?

Трифон не проронил ни слова, но спустя долгий промежуток времени он все же успокоился.

— Я уже расстался с тем, чего желал больше всего, с чем же еще мне нужно попрощаться? С моей компанией? Вы хотите, чтобы я сам вам все отдал своими руками? Но я вас презираю. Если бы я был на вашем месте, ничто не заставило бы меня принудить мою жену уехать от меня.