Я одержим тобой

Он осмотрел огромную приемную корпоративного здания: мраморный пол был начищен так, что в нем отражались посетители; приемная стойка размещалась на фоне золотистой стены, на которой внушительными, торжественными буквами было обозначено: «Де-фа».

Он тяжело вздохнул. «Богатенькие братья, вот и своенравствуют. Пять миллионов! Да для таких людей разве ж это деньги?».

Лев вышел из здания, все еще с горечью думая об этих деньгах. Вот досада! За один рекламный ролик! За несколько минут рекламы! Пять миллионов!!!

Эльдар поднялся на верхний этаж. Он так торопился, что залетел в кабинет Дмитрия без стука. Стас, который как раз говорил с ним, обернулся, услышав шум, и увидел юношу в дверях. Тут же был и Итон, он сидел близ Стаса.

Эльдар зашел и закрыл за собой дверь.

— Ого, все в сборе!

Присутствующие замолчали, и жестом пригласили его сесть.

Затем Стас продолжил:

— В соцсетях уже не найти сообщений относительно этого видео. Считай, дело улажено.

Привлеченные к ответственности СМИ опубликовали извинения и заявили, что видео было сфабриковано, и не имеет связи с реальностью. Инцидент перестал быть самым популярным поисковым запросом.

Дмитрий вальяжно лежал в кресле на фоне панорамных окон, откинувшись назад, не произнося ни звука. Когда Дмитрий зашел в кабинет, он даже не поднял глаз.

Стас закончил, и воцарилась тишина. Кабинет наводнила угнетающая атмосфера.

Итон нарушил молчание:

— Врач сказал, все в порядке, последствия шока отступают. Михаил Анатольевич и Галина Петровна сейчас в больнице, рядом с ним.

Дмитрий все же смягчился, попросил Итона проведать Фадея Никоновича.

Эльдар прервал Итона и спросил:

— О ком ты сейчас?

— Твой отец в больнице, ты, что, не в курсе?

Ладно, если бы Эльдар был за границей, но, раз он на родине, Галина Петровна должна была ему сказать. Но его просто не нашли, а домашние не знали его номера телефона.

— Я должен поехать к ним.

Как бы они не ссорились, как бы не бранились, они были кровно связаны. Услышав, что отец в больнице, он тотчас вознамерился поехать к нему, чтобы узнать все самому. Он, было, пошел прочь, но уже через пару шагов вдруг остановился и склонил голову.

— Прошу прощения. В том, что случилось, виноват мой отец. Чем старше он становится, тем безумнее ведет себя.

— Твой отец действительно…

— Стас, хватит. — прервал друга басовитый низкий голос, когда тот не стерпел и стал язвить."

"Эльдар тут ни при чем. Не надо осуждать его.

Стас тотчас замолчал.

Дмитрий открыл глаза и взглянул на Стаса, а затем обратился к Эльдару:

— Поехали.

Эльдар тяжело вздохнул и вышел из кабинета.

Когда дверь закрылась, Итон локтем толкнул Стаса.

— Хотя они отец и сын, человек разный.