Я одержим тобой

Возможно, Фадей не хочет, чтобы сын им мешал.

Именно поэтому он умышленно не дал Пелагее договорить. Возможно, дочь уверена, что Влад посвящен в курс дела, поэтому и проговорилась ему. Это может помешать их планам, которые сейчас идут вполне хорошо.

— Подойди скорее, — подозвал к себе дочь Михаил Анатольевич, — мне нужно тебе кое-что сказать.

Пелагея поняла, что отец не хочет, чтобы она рассказала лишнего. И тогда она быстро подбежала к нему.

— Ты же уже взрослая, почему все никак не можешь стать серьезной? — стал отчитывать ее отец."

"— Что же если я не хожу быстро, то я сразу несерьезна? — ответила ему Пелагея, взяв за руку, начала ластиться к отцу.

Михаил Анатольевич пристально посмотрел ей в глаза, и ничего не сказал, так как рядом был Влад. В это время они подошли к дому Ласманов.

Эльдар прошел вперед и открыл дверь, их никто не встретил. Фадей Никонович и Галина Петровна были в кабинете. Новость об убийстве Светланы настолько прошумела, что они естественно о ней знали.

— Кто распустил эти слухи? — гневно возмущалась Галина. Она прекрасно знала мужа и понимала, что он хотел, чтобы Светлана и Дмитрий просто разошлись, но он не начал грызться с племянником как кошка с собакой.

Дело набирало еще более скверный оборот. Если же Дмитрий считал, что все было спланировано Фадеем, то он допустил тем самым крупную ошибку. Но Фадей не был дураком и понимал, что за всей этой новостью не может стоять никто больше, кроме как Раевские и Суворовы. Однако он прекрасно общается с Михаилом и это дало ему основания верить в то, что руководят всем лишь Суворовы.

— Может, тебе стоит еще раз обдумать все хорошенько? — обратилась к нему Галина. Последние двое суток она не смыкала глаз, постоянно переживая о сложившейся ситуации.

Фадей тяжко вздохнул:

— Я не могу допустить того, чтобы такая женщина, как Светлана, которая совершенно не может быть ровней Диме, была бы рядом с ним.

Издавна известно, что ни один мужчина не может устоять перед женскими чарами. Очевидно, Дима был поражен красотой Светланы точно так же, как когда-то его отец Илья не смог бороться с красотой Елизаветы.

Глава 407 Настоящие враги

В понимании Фадея Никоновича, если Илья и предал Анфису, то Дима не мог так поступить. Он не мог позволить сыну Анфисы так сблизиться с Елизаветой!

Галина шумно вздохнула. Она знала, о чем думает муж, но не могла не переживать, что случившееся могло стать слишком большим ударом, который причинит ему непоправимый моральный вред.

— Может, спросишь у Михаила, он ли это раскрыл? — предложила женщина.

В любом случае, нужно было разобраться в происходящем, чтобы между Фадеем и Дмитрием не возникло недоразумение, которое могло перерасти в обиду.

Мужчина потер брови:

— Позвони ему, назначь встречу.