Очень (с)нежный помощник (СИ)

Я прислушиваюсь к себе и в ужасе понимаю, что организм начинает готовиться к беседе. Запах Андрея, его голос, его приказной тон напрочь ассоциируются у меня с запретным удовольствием.

Не то чтобы я вот прям голову теряю, но если что, коварное тело готово расслабиться и получить удовольствие. Осознание самого факта своей распущенности только добавляет перчинки в нотку возбуждения, блуждающую у меня внизу живота.

— Раз ты у нас такая деловая, — крупная ладонь оглаживает мое бедро. — У меня есть к тебе деловое предложение. Я тебя хочу. И я тебя возьму. Но у тебя есть возможность с этого что-то поиметь.

Я не сразу понимаю, о чем говорит Градов, потому что его рука забирается под свитерок и уверенно накрывает мою левую изрядно взволнованную этим фактом грудь.

А вот когда до меня доходит…

Я вскипаю:

— Да что вы себе позволяете! — вырываюсь я из тисков Андрея. — Если у меня секса давно не было, это не значит, что я с любым готова! Ничего мне от вас не надо! Да я бы с вами на трезвую голову никогда! А вы! Вы же поняли, что я не эта самая, и все равно!

Моя сумбурная речь явно производит впечатление.

Выражение лица Градова становится интересным.

— Ничего себе ты оголодала, — недоверчиво произносит он.

Ну это уже вообще ни в какие ворота не лезет!

— Это все крепкий алкоголь, и голос этот ваш. Не надо выставлять меня шлюхой… — в запале я уже начинаю наскакивать на Андрея. Тот смотрит на меня сверху вниз нечитаемым взглядом, и вдруг выдает:

— Да ладно? Кто-то слишком правильный котенок, но в душе грязная послушная…

Ы… Да что ж он за свин какой!

Раскусил и сиди довольный молча! Зачем в слух-то?

— Ой все!

— Не-а, — хищно улыбается Градов. — Теперь точно не все. Я же так до конца и не развернул свой подарок на день рождения…

В одно движение, он усаживает меня канцелярской попой на стол генерального. Секунда, и Андрей уже стоит между моих разведенных ног, увлеченно задирая многострадальный свитер.

Я сопротивляюсь до тех пор, пока сухие губы не впиваются в мои.

Они буквально подавляют волю.

А дальше как будто мне опять стакан вискаря налили. В голове становится гулко и пусто. Бросает в жар, и сердце ухает куда-то в живот.

Градов целоваться умеет. Его поцелуи — это диверсия какая-то. И на вкус они кофе, лакрица и мята.

— Ай-яй-яй… Наказывать и наказывать, — бормочет между поцелуями Андрей.

А? Что?

В реальность меня возвращает грохот из-за двери.

Судя по звуку, уборщица добралась и до этого помещения, и у нас вот-вот будут свидетели.

Твою мать! Руки Градова уже пытаются расстегнуть на мне джинсы!

Не то беда, что он меня трахнуть хочет, а то что я могу не устоять!

Выпучив глаза, я вывинчиваюсь из жарких объятий. У меня это даже выходит, потому что Андрей явно не ожидает моего дезертирства.