Очень плохой профессор (СИ)

Разумеется, салфетница была здесь лишней. Мужчина столкнул ее одним движением руки. Раздался глухой стук. Он не дал Ольге возможности возмутиться его действиями: быстро потянул на себя и вверх край ее водолазки, одним движением стащил ее с девушки и бросил на стол.

Голый ровный живот, белое кружево бюстгальтера, аппетитные округлости груди в нем — Ольга была невообразимо горячей, прекрасной и смотрелась настоящей крохой рядом с ним. Теперь Озеров чувствовал себя самым счастливым мужчиной на свете и старым развратником одновременно. Ему было всего тридцать четыре — самый расцвет сил. Он был даже слишком молод, чтобы именоваться суровым словом «профессор», но, черт подери, между ним и этой девушкой сейчас была пропасть в целых пятнадцать лет, и это его пугало.

Он наклонился и прижался губами к ее животу. Его украшало несколько неровных пятен. Еще несколько было в области подмышек и на локтях, одно небольшое пятнышко на талии даже походило на сердечко."

"Ольга откинулась назад и оперлась на локти. Ее кожа была нежной, как бархат, и очень мягкой. Неописуемо приятно было касаться ее. Мужчина неторопливо проложил дорожку из поцелуев до ее груди, расстегнул бюстгальтер, снял и отбросил его в сторону. Ощущая дрожь в теле Ольги, он припал губами к ее твердым, возбужденным соскам.

Девушка застонала, отклоняясь назад. Она запустила свои пальчики в его волосы и притянула его голову к себе. Ей определенно нравилось. Очень нравилось. Она дышала шумно и часто, всем телом подавалась вперед.

Матвей прервался, чтобы расстегнуть пуговицу на ее джинсах. Дернул молнию, потянул джинсы вниз, спустил их с ее колен и тоже отшвырнул куда-то на пол. Алексеева вознаградила его тем, что подалась навстречу, помогая стянуть с нее и все остальное, а именно — хлопковые с кружевом девчачьи трусики в мелкий цветочек. «Самое то, чтобы почувствовать себя проклятым педофилом» — подумал Матвей.

По тому, как неловко Ольга рассмеялась, мужчина понял, что она прочитала его мысли, и тоже улыбнулся.

— Безумно красивая… — прошептал он, медленно снимая с нее трусики.

Его пальцы медленно скользили по ее коже, оставляя горячие дорожки. Девушка приподняла ноги, помогая ему избавить ее от остатков одежды.

Она почти не дышала, ожидая того, что будет дальше. Но не мог же он сделать это прямо на кухонном столе? Даже несмотря на то, что Озеров уже плохо соображал, что творит, он помнил, что это был ее первый раз, и, наверное, нужно было начать с чего-то более приятного и менее травматичного.

Он наклонился над девушкой на вытянутых руках и посмотрел в ей глаза. Улыбнулся и нежно поцеловал в губы:

— Как насчет небольшой репетиции?

— Что? — Прерывисто дыша, удивилась она.

— Сейчас объясню.