Очень плохой босс

Употреблял и сам, и друзей угощал, только Эллочке всегда твердил: даже не пробуй.

Бросил ли он своё занятие, она не знала. Не знала даже, жив ли он. После окончания университета они перестали общаться.

Оказалось, жив и, судя по всему, не бросил — выглядел он удручающе. Будто не восемь лет прошло с последней их встречи, а восемнадцать. Эллочка даже не сразу его узнала, а вот он её — сразу. И страшно обрадовался, стиснул в объятьях, расцеловал.

Эллочка еле вытерпела его радость — очень хотелось оттолкнуть бывшего поклонника и унести отсюда ноги. Но где она ещё до завтрашнего утра раздобудет то, что нужно?

Рафик выслушал её, и радость его заметно поугасла.

— Ты для себя просишь?

— Нет, для подруги.

— Угу, когда у меня в детстве мама нашла пачку сигарет, я тоже сказал — это друга. Ну, хорошо, допустим, для подруги. Зачем ей?

— Рафик, долго рассказывать. Слушай, ну не хочешь помочь, так и скажи. Обращусь к другому, кто не станет доставать расспросами. Просто думала, по старой дружбе не откажешь.

Она посмотрела на него с деланной обидой.

— Ладно. Ну а что именно ты хочешь?

Эллочка озадачилась. Откуда ей знать?

— А что есть? — поинтересовалась.

— Да разное есть. Твоя подруга вообще на чём сидит?

— Сидит? — недоумённо переспросила Эллочка, не улавливая смысла вопроса.

— Ну, что употребляет? Спайсы там, соли, что? Говорю сразу, у меня тяжёлого нет.

— А-а, нет, ничего не употребляет. У неё будет… дебют, — улыбнулась она. — Поэтому надо что-то такое… совсем лёгкое, но эффективное. Мне не надо, чтобы ей сплохело, понимаешь? Не надо, чтобы в обморок грохнулась, отравилась или что похуже. Я вот помню, ты как-то рассказывал, что принял что-то, сел в трамвай и тебе стало казаться, что он летит с космической скоростью. Ещё всех пассажиров своим криком перепугал… Смешно так было…

— Это, скорее всего, молоко. Его варить надо. Да и для дебюта молоко — это слишком жестко и непредсказуемо. Пусть лучше водки бахнет, серьёзно.

Эллочка припечатала Рафика убийственным взглядом, поднялась с продавленного дивана.

— Хорошо, обращусь к другому.

— Ну ладно, ладно. Возьми для неё дури. Пусть план покурит.

— Она не курит. Есть что-нибудь в порошке или в таблетках?

— Ну, из лёгкого если, то вот…

Рафик подошёл к комоду, извлёк оттуда крохотный пакетик.

— А что будет? И вообще, как быстро подействует?

— Ну, где-то минут через тридцать, край — через час, начнётся приход. Ну и продлится трип часа три, четыре. А что будет — трудно сказать. У всех по-разному. Обычно все раскрепощаются. Знаешь, такое чувство поначалу, будто реально можешь всё. Никаких барьеров, никаких рамок. Вообще ничего не стесняешься. Что в голову придёт, то и делаешь, и плевать тебе, кто что подумает. Вообще ни о чём не паришься.