Очень (не) обычная история

Возбуждение как будто лишает рассудка.

В тот момент, когда мне кажется, что еще чуть-чуть и я дойду до какого-то пика. Все вдруг прекращается.

Громов снова придавливает меня своим тяжёлым телом. Я пытаю отползти, но Егор начинает что-то пошлое нашептывать мне на ухо и целовать кожу под ним. Это раскрепощает. И почти не пугаюсь, когда между ног упирается нечто большое и твердое. Резкое вторжение выбивает из меня вскрик. Жгучая боль парализует. Я с трудом перевожу дыхание. Новый толчок. Внутри все стягивает. Но я пытаюсь сдерживаться, от рвущихся наружу слез.

Как же это больно! Мамочки…

Егор продолжает крепко держать меня. Он покрывает поцелуями мое лицо, в тот самый момент, когда мокрые дорожки слез ползут по вискам. В какой-то момент он замирает глубоко во мне, а после начинает вонзаться в мое тело рывками.

Мне казалось, что я не выдержу эту пытку. Еще немного и попрошу его все это прекратить. Но боль с каждым новым движением непонятным образом исчезала, а вместо нее внутри появлялась что-то совершенно новое. В тот миг, когда я сконцентрировалась на этом ином чувстве, Егор вдруг освободил меня от себя и свои твердым членом, вжался мне в живот. Вязкая, теплая жидкость брызнула мне на кожу

Холодок пробежал по моему обнаженному телу. Пока я приходила в себя прислушиваясь к ноющей боли внизу живота, Громов лениво поднялся с дивана и достал из кармана штанов свой вибрирующий телефон.

— Да, — нехотя ответил он.

В динамике тут же затараторил знакомый женский голос, который Егор нагло перебил: нет. Я не приеду. Лера, я занят. Позвони Олегу. Эту проблему можно решить без меня. Он подошел к журнальному столику и небрежно бросил на него телефон. А я старательно уводила глаза от самой интимной части мужского тела. И даже перестала дышать, когда мужчина снова склонился надо мной. Не прилагая особых усилий, он поднял меня на руки, будто бы я совершенно ничего не вешу. Смущаясь, я неловка обняла его вокруг крепкой шеи.

— Егор, скажи, а так больно будет всегда? — я беру в руки мужской гель для душа три в одном, щедро наливаю его в ладонь и наношу на волосы.

В тот момент, когда я начинаю намыливать голову, Громов разворачивает меня к себе спиной и мыльной мочалкой ведет вниз по позвоночнику.

— Нет, — мужчина касается моих бедер и уверенно скользит рукой между ними. От этого властного движения мои мышцы сокращаются спазмом и хочется посильнее зажать ноги. Егор держит меня одной рукой за плечо, а второй продолжает свою пытку. Подставляю голову под струю теплой воды и с силой зажмуриваюсь, чтобы щипающая пена не попала в глаза.

— А зачем люди занимаются этим? — вжимаюсь ладонями в стеклянную стенку душевой кабины. Вместо мочалки Егор начинает тереться об меня своим телом. Это чертовски приятно.