Очень (не) обычная история

Тем более, что он давно мне как кость в горле.

— Я чего-то не знаю? — мы сидим в домашнем кабинете Амирова. На стенах нас висят дорогие, шерстяные ковры. Вокруг резная мебель из красного дерева. На стене золотые часы. Я, конечно, не эстет, но дизайнер тут явно перегнул с «цыганским барокко».

— Дело давнее, — невозмутимо отвечает своим ярко выраженным кавказским акцентом. — Мой старший сын Рустам, ты его знаешь, решил землю купить. В хорошем районе. Там раньше был старый гаражный кооператив, — он тянется к чашке чая и делает глоток.

Несмотря на его невозмутимый вид, мне кажется, что он сейчас скребет зубами от злости.

— Это тот, что за старым рынком? Что-то слышал об этом.

У меня тоже были виды на эту землю. Но на тот момент я как раз начал строить клуб. Были большие растраты. Поэтому я решил повременить с новыми покупками.

— Да, — кивает и возвращает чашку на стол. — Документы подготовил для торгов. Деньги. Но, Хабаров, с кем-то договорился. С кем-то из, — он показательно подкатывает глаза и показывает пальцем наверх. — И выкупил все без аукциона.

— В его стиле, — хмыкаю про себя, но отвечаю ровно. Я давно вышел из этих дел и все делаю законно. Времена меняться и надо под них подстраиваться. В век информационных технологий глупо махать топорами. Но до некоторых личностей прогресс так и не дошел.

Пауза.

Дамир задумывается на несколько минут, затем складывает руки в замок, кладет их на стол и говорит: Ты мне организуй связь с этим Котовым.

— Хорошо, — мне бы, только, самому для начала с ним связаться. Точнее до него добраться. Руки так и чешутся дать ему отцовский подзатыльник. И можно еще под дых несколько раз. Из-за этого щенка, мне приходится сейчас прогибаться. А все потому, что жалко дурака. Вроде как умный, а дурак дураком.

— Я добро помню, Дамир, — произношу спокойным тоном.

— Я знаю, — кивает. — За то и уважаю. А главное, Егор, что, прибавив нолей к своим цифрам, ты остался человеком.

— Не без твоей помощи, — теперь моя очередь предаться воспоминаниям. — Помнишь, как «Полярную» топтали?

Мы сидели вместе. Амиров тогда смотрящем был. Он и подтянул меня к нужным людям.

— Помню. А ты все своей женщине, за которую срок получил, письма писал. Как там… — он щелкает двумя пальцами в воздухе, — северное небо через колючую проволоку.

— Было время, — ухмыляюсь. Там многие пишут бабам на воле. Кто-то от тоски. Кто-то, чтобы крышей не поехать. А есть и такие, что в корыстных целях мемуары строчат. Я писал Вере, потому что думал, что она меня любит. Мне казалось, что ее запугали. И именно поэтому, она дала показания против меня. Но, правда оказалась куда банальнее.

— Она тебя так и не дождалась? — спрашивает Дамир.

— Она меня и не ждала, — отвечаю безразличным тоном и тру пальцами колючий подбородок.