Очень быстро (СИ)

— Нет, конечно! Или ты, Мих, забыл вечный совет профессора Преображенского и начитался «советских» газет перед едой?

— Бес попутал.

— Найми экзорциста, — рассмеялся Стас. — Или к шаману сходи. Хочешь? По блату пристрою. У меня есть один… пациент. Попляшет вокруг тебя с бубнами…

— Я сам знаешь каким мастером по части плясок с бубнами стал? О-о-о! Куда там шаманам… Слушан, Стас, а куда Ильзу Эргле по скорой после аварии доставили? В какую больничку?

— М-м-м… Погоди… А вот… — Стас назвал номер и улицу, и Миха кивнул с некоторым даже удовлетворением — это оказалась его собственная родимая больница, в которой он и трудился по сию пору.

Ну хоть это хорошо! Можно будет самому перетрясти архив или загнать в него Тоню, чтобы начатое ей же расследование продвинуть чуть дальше: в стационаре Ильзе ведь точно сделали все необходимые анализы. А это уже не экспресс-тест на месте происшествия, это уже серьезно и точно. Что там, интересно, у нее в крови и прочих биологических жидкостях обнаружилось?

— Ты там заснул, что ли, Быстро?

— Устал просто. Что-то жизнь какая-то пошла…

— Найми экзорциста, сходи к шаману, а лучше просто выпей с друзьями!

Миха устыдился, признав, что что-то давно не виделся ни с кем из тех, с кем начинал на Скорой, поклялся это дело исправить. Стас на это ответил кратким «так и запишем», а потом простился.

Миха же впал в задумчивость, похлопывая себя телефоном по вытянутым дудочкой губам. Вот детальки, мелочи, ерунда, а картина то ими вырисовывается вполне четкая: Ильза действительно была в состоянии алкогольного опьянения, под средствами, но при этом никого на той остановке не сбивала, хоть и абсолютно, до слез и тяжелых угрызений совести, уверена в обратном. И выходит так, что ее целенаправленно и наверняка с вполне четкими целями обманули! А раз сделали это в одном, могло ведь быть не все так гладко и в другом.

Как же хотелось ей об этом сказать, но телефон Ильзы теперь не просто не отвечал, а вовсе оказался вне зоны действия сети. Стало тревожно: что там с ней могло случиться? С другой стороны, Миха ж реально полез в личное, похозяйничал в чужой переписке. Вдруг для Ильзы, как человека в недавнем прошлом весьма и ярко публичного, наверняка преследуемого сначала фанатами, а потом хейтерами, это момент принципиальный? Если так, то вот вам и ответ, почему ее телефон теперь для Михи постоянно или молчит, или вне зоны доступа.

Может ли такое считаться поводом для того, чтобы добрые советы и перестать рыться в том, за что вполне может прилететь?

«Не дождетесь!» — решил для себя Миха, в миллионный, кажется, раз припоминая старика Бляхера и старый еврейский анекдот, который как раз так и заканчивался.