Очень большой лес

 – Плохие парни не станут разбираться, кто комбатант, кто нет, и стрелять будут на поражение, если обнаружат. Вам придётся ждать меня здесь.

Вероника разочарованно понурилась."

"В этот момент издалека снова прилетел звук вертолётных винтов, начал приближаться.

Максим замер, угадывая направление полёта винтокрылой машины.

– Прячьтесь под эти «ивы», быстро!

– А вы?

– Я уведу их подальше.

– Но это… опасно!

– Прячьтесь! – Максим метнулся навстречу приближавшемуся рокоту, краем уха услышав, как Вениамин Витальевич проговорил Веронике:

– Не переживай, он умелец в таких делах.

Метров двести Максим бежал во всю прыть, пожалев, что не взял медаптечку с мышечным активатором. Одна таблетка «кайфа» позволяла пробегать пару километров по пересечённой местности с быстротой спортсмена-стайера.

Вертолёт показался над очередным болотцем, окружённым «баньянами», через несколько минут. Завис над ним, лопоча, как огромная соковзбивалка. Сквозь открытый люк в его десантном отсеке был виден установленный на треноге пулемёт, в глубине сидели трое боевиков в камуфляже, вооружённые автоматами.

Первая мысль была – грохнуть пилотов и добить остальных на земле после падения «вертушки».

Но Максим отмёл эту идею, база с разбитым яйцевидным аппаратом находилась слишком близко отсюда, и боевики из лагеря могли при прочёсывании местности наткнуться на неё. Если бы он был один, непременно рискнул бы затеять небольшую партизанскую войну, обученный её приёмам в спецлагерях ГРУ. Однако с ним теперь были гражданские, ни сном ни духом не рассчитывавшие попасть на поле боя. Их следовало беречь и защищать, а не рисковать чужими жизнями, и Максим продолжил выполнять свой первоначальный план.

Метнулся в противоположную от схрона сторону, пробежал открытое пространство так, чтобы находиться в поле зрения пилотов «вертушки», и помчался дальше, прислушиваясь к рокоту винтов.

Звук изменился, ударив раскатистой волной. Его заметили. Но так как гигантские «секвойи», «дубодендроны» и «фикусы» не давали возможности вертолёту опуститься ниже ста метров, он то и дело терял беглеца из виду и вынужден был делать дополнительные круги. Максим легко мог спрятаться от преследователей в тени густых «ракит», однако продолжал бежать до тех пор, пока не вырвался на берег петлявшей реки, поросший «ивами» и необычного вида раскидистыми деревьями, обсыпанными прямоугольными кожистыми коробочками жёлтого цвета. От порывов ветра, порождённых винтами вертолёта, эти коробочки одна за другой взрывались, выбрасывая жёлтые облачка не то семян, не то пыльцы, но от рёва двигателей их хлопки слышны не были.

Максим застыл на пару секунд, оценивая, не может ли он получить какую-то пользу от этого процесса, и придумал.