Очаровательный Синий Чулок

Но это, бесспорно, обнадеживает. Слишком близко Кирилл ее не подпускает.

Сделав маленький глоток горячего чая, положив ногу на ногу, откинувшись на спинку стула, Соня закрыла глаза.

– Ну-у… – протянула она, сдерживая улыбку. – Не думаете же вы, что они живут как монахи. Не стоит обманываться.

– Физиологические потребности моего сына меня не интересуют, – отрезала Фаина Григорьевна. – В его душе не должно быть никаких наглых стерв – вот главное! Кирилл – человек закрытый и почти всех держит на расстоянии. И значит, он не совсем потерял голову – Лора проживает отдельно. Насколько она хитра, изворотлива, умна, на ваш взгляд? Мне она показалась пустой и отвратительной."

"– Если бы мой сын решил жениться на такой мадам, я бы тоже расстроилась. Приятной ее назвать никак нельзя.

– Но Кирилл не собирается на ней жениться. – Уверенный голос Фаины Григорьевны дрогнул. – Вы должны вышвырнуть ее на улицу. Обещайте мне!

– Легко сказать… – нарочно со вздохом ответила Соня, погружаясь в события вчерашнего дня. Но почему-то перед глазами появился не образ самодовольной Лоры… Ксю и Комлев – вот о ком она вспомнила в первую очередь. Но чувства, вспыхнувшие при этом в душе, оказались настолько разными, практически противоположными, что она поторопилась вернуться к разговору. «Кирилл Андреевич, ваша мама беспокоится, и мой долг – поддержать ее и утешить». – Вообще-то, я уже на полпути к успеху, – весело произнесла Соня. – Но не стоит ожидать результатов завтра или послезавтра, на все нужно время.

– Я понимаю, но что вы собираетесь предпринять?

– Да так… Немного романтики, крошка безумия, щепотка удивления и столовая ложка человеческого тепла. Все просто.

В трубке повисла тишина, а затем Фаина Григорьевна проговорила:

– Я ничего не поняла, объясните яснее.

Даже если бы Соня захотела, она не смогла бы объяснить: разве есть на свете человек, знающий формулу страсти (любви, счастья, ненависти). Великие ученые долгие годы бились над задачкой, выискивали ответы, складывали, умножали, делили, расщепляли и смешивали, но затем, все же признав поражение, убрали в дальние ящики кипы исписанных страниц и занялись другими, не менее важными, делами. Невозможно ухватить ту секунду, минуту, когда из ниоткуда появляется тихий ветерок, он сначала приятно обдувает лицо, щекочет нос, а затем медленно превращается в ураган немыслимой силы, подхватывает и несет неведомо куда. Сопротивление бесполезно! Но никто и не сопротивляется. Слишком хорошо.

– Вы же сами говорили, что я могу вызывать ревность, зависть и страсть, и к тому же мужчины обычно волочатся за гувернантками и хорошенькими актрисами. Поверьте, я уже вжилась в роль.

– Пожалуйста, не иронизируйте, ваше положение пока еще зыбко.