Очаровательная блудница

 – Я ночами сплавлялась, а днем находила местечко и спала. И потом, я с детства боюсь спать одна.

– А что, за тобой гонятся?

– Они следят за мной, – не сразу призналась она. – С берегов смотрят. И сейчас за твоим островом стоит одна, русалка. Из воды вынырнула…

– Да, я тоже чую – глядят… А почему следят за тобой?

– Сами огнепальную пророчицу найти не могут, а я могу! Вот они и хотят, как найду, меня погубить и истину себе присвоить. Хитрые!"

"Кажется, у блаженной была мания преследования, замешанная на сексуальной озабоченности, потому что она положила руку Стасу на бедро и начала потихоньку гладить.

– Траур у меня! – напомнил он строго и, отодвинувшись, достал трубку, хотя курить не хотел.

– Вы не знаете, в поселке можно работу найти? – вдруг спросила блаженная совершенно разумным голосом.

– Пророчицу уже искать не хочешь?

– Хочу! Но они по пятам за мной. А я приеду в поселок, устроюсь на работу, люди Кедра отстанут. Подумают, я отказалась от замыслов…

– Ты кто по профессии?

– Учитель младших классов… Только у меня паспорта нет, и вообще никаких документов.

– Сорокин отнял, чтоб не убегали?

– Нет… Сама предала огню, в момент имянаречения. Так положено, чтоб навсегда порвать с прежним миром.

Она не отрицала власть Сорокина!

– Это одно и то же, – заключил Рассохин. – В прежнем мире ты где жила?

– В Нижнем Новгороде. Но туда не хочу. Я умерла…

– Ладно, ты умерла, а родственники-то остались?

– Папа…

Рассохин достал телефон.

– Папе позвонить хочешь?

– Это возможно? – слегка встрепенулась Зарница.

– Говори номер. Ну? Представляешь, как он обрадуется?

Она медлила, раздумывала – была не готова, но причину нашла другую: иногда она проявляла чудеса рассудочности!

– В Нижнем сейчас два часа ночи. В доме престарелых режим…

– Отец в доме престарелых? При живой дочери?

– Так получилось. Квартиру пришлось продать…

– Знакомая история!

– Ничего ты не понимаешь!

– Тебе все равно придется воскреснуть, – вздохнул Стас, подавляя желание прочитать ей мораль. – Если ушла из общины. Как ты жить будешь? Где? На работу без документов не возьмут, а сразу заберут в милицию. Сейчас строго…

– Ты мне поможешь, – уверенно заявила блаженная. – Я же тебе нравлюсь? Как женщина?

– Поезжай домой, по месту прописки, там выправишь паспорт, – нарочито строго сказал он. – Подруги хоть остались?

– Нет.

– Всех поменяла на Сорокина?

– Это не твое дело, – грубовато сказала она и опять положила ладонь ему на колено.

– Но управляет общиной Сорокин? – Рассохин осторожно снял ее руку.

– Он проповедник и хороший, добрый человек. Все происходит не по его воле!

Хотела еще что-то сказать, но умолкла, прикусила язык.