Оцепеневшие

– Мы «доживаем» по привычке. Пойми.

Стоим в тишине. Очередная сигарета заканчивается.

– Хорошо. Пусть так.

Пацан смотрит в небо, грустно так вздыхает и продолжает размеренным тоном:

– Планеты нет. Лишь сознание несется.

– Понимаю. Только не нервничай.

– Нет, ты не понимаешь. И не веришь мне.

– Давай короче. – Отодвигаю прыщавого в сторону и возвращаюсь на поляну. – Ты тут пофантазируй еще, а я спать, пожалуй.

– Не веришь?

– Да ты сам послушай, как глупо звучит твоя сказка. – Не оборачиваюсь, пытаюсь разглядеть, куда поставить ногу, чтобы не споткнуться. – Когда планета погибла? Что тогда у меня под ногами? – Я топаю, трава шуршит, и что-то хлюпает снизу.

– Ну на вопрос «когда» я знаю ответ, – не дает договорить мне Киря и веселеет на глазах.

Он уверен, что сейчас меня убедит в своей теории.

– Отпраздновали миллениум?

– Ну и?

– Очередной год начался?

– Обычный, ничем не примечательный. Просто перевернул страничку календаря и вышел на работу утром.

– Не просто. Не очередной. Пресловутый «парад планет». – Он разводит руками и делает ртом звук пердежа. – Все. Финиш. Конец света наступил. Планеты выстроились.

С фантазией у него – дай бог каждому. Будь я лет на двадцать моложе, наверное, испугался бы.

– У нас нет тел, – продолжает он своим загробным тоном. – Мы не дышим, не едим, не пьем.

– Зато срем, – перебиваю малыша, потягиваюсь и зеваю.

– Ты увидишь. Я покажу. Пока сам не потрогаешь, не убедишься.

Ладно, думаю, лучше промолчу. Иначе это не закончится, до утра буду слушать.

– Сам поймешь. Если захочешь.

Он еще долго что-то рассказывает. Но я не слушаю. Сижу у костра, наблюдаю за искрами. Паренек все шепчет-шепчет. Убаюкивает.

– Мы не люди. Мы не живем, – говорит Киря, и я засыпаю.

* * *Пятница. Для таксиста прекрасное время. Начинается чес. Тьма заказов, деньги рекой.

Я всегда стараюсь с четверга выспаться получше. К выходным нужны силы. Четверг – мой законный выходной. Тем более я заранее знал о «спецзаказе».

Спецзаказ – это своего рода джекпот для таксиста. Значит, дальний рейс, значит, один заказ, зато какой.

В эту пятницу везу компанию охотников, как я таких называю – охотники-белые-воротнички. Ружья у них, естественно, имеются, униформа по высшему разряду, манок на утку, арсенал спиртного. Вот только не умеют ни черта белые воротнички.

Стою у подъезда.

Выходят натуралисты. С ними идет опытный, завсегдатай лесов и болот, красноносый егерь. Уж он-то знает, где бродить, на кого охотиться и как правильно пить.

– Одежда?

– Есть.

Егерь зачитывает, проверяет и вычеркивает из списка.

– Рюкзак для вещей?

– Есть.

Он складывает рюкзаки в мой багажник. «Вежливый и услужливый».