Оцепеневшие

– Алло! Любезный! Оглох?

– Ты чего? – Соня берет мою руку, в ее взгляде читаю просьбу успокоиться.

Как тут успокоиться? Премиум-таксист… Я к нему обращаюсь, а он…

Девяносто семь, девяносто шесть. Смотрю в окно, считаю.

Проезжаем квартал, еще один.

Соня сидит молча. Наверное, представляет, как поведет себя в баре, что скажет бывшим коллегам. Как на нее будут смотреть. Как она свершит свою месть.

Мимо проезжает автобус с нарисованным улыбающимся лицом какой-то знаменитости и надписями с рекламными призывами.

Смотрю в окно, считаю. Семьдесят один, семьдесят.

Сворачиваем направо. Очередной квартал остается позади. Музыка еле слышно просачивается через черную сеточку динамика. Ну как так-то? Где уважение к клиенту?

– Ну ты! – не выдерживаю, стучу таксиста в спинку сиденья. – Музыку, говорю, сделай громче!

Он притормаживает, оборачивается. Виновато смотрит на меня, словно ничего не понимает, и машет руками. Протягивает картонную табличку.

«Вас обслуживает глухой водитель.

Если вы хотите что-то сообщить водителю, покажите пальцем на эту картинку».

Под надписью картинка с нарисованными блокнотом и карандашом. Вот вам и премиум-класс такси. Я считаю про себя, шестьдесят три, шестьдесят два.

– Давай блокнот! – говорю громко и тычу пальцем в картинку на карточке.

Он останавливается у обочины, передает блокнот и ручку. В блокноте еще ни одной записи. Моя будет первой.

Я пишу: сделай громче приемник, мудила, и ставлю в конце четыре восклицательных знака."

"Водитель внимательно читает, словно не может разобрать мой почерк. Крутит ручку громкости, вопросительно смотрит. Я показываю – достаточно. Пишу на листке: жми сильнее на газ, мы опаздываем, – и возвращаю блокнот.

Глухонемой кивает и все еще смотрит на меня.

– Едь уже! – я кричу и небрежным жестом показываю отвернуться от меня.

Соня пинает меня коленом. Жалостливая нашлась, неловко ей в такой ситуации. Нагрубил глухому пареньку… Я пинаю ее в ответ. Не надо мне указывать, как себя вести. Тем более Соне, которая едет мстить. Едет убивать людей из своего прошлого.

Водитель выворачивает руль. Встраивается в поток. Еле тащится. Может, он обиделся на меня? Гад теперь на каждом светофоре останавливается. Нарочно подкатывается, ждет, когда цвет сменится на желтый, и тормозит. Потом с места рвет, мол, он выполняет просьбу и торопится.

Премиум так премиум. Ничего не скажешь.

За весь путь я успеваю досчитать от ста до ноля и дальше. Досчитываю до минус сорока пяти, и наконец машина останавливается.

Расплачиваюсь. Строго по счетчику. Можно было совсем не платить, но обижать коллегу рука не поднимается. Никаких ему чаевых! Дожидаюсь сдачу, пересчитываю. Помогаю выйти Соне и со всей силы вколачиваю дверь в стойку.