Оцепеневшие

– Я сам себя пристегнул. И сделал так, чтоб сам себя не мог отстегнуть. Даже если будет очень больно. Иначе смог бы выпутаться и удрать. Думал, больно будет.

Борюсь со смехом. Освобождаю прыщавого. Он потягивается, разминает спину, приседает.

Я сажусь на корточки, достаю блокнот.

Записываю:

«Колесование.

Больше не пробовать.

Бестолковая затея».

– Уходим.

На улице нас встречает Соня. Она вопросительно смотрит на меня.

– Все. Вытащил, – отвечаю на ее немой вопрос.

– Ну? И что там было?

Не отвечаю, смотрю на Кирилла. Он едва заметно мотает головой, мол, пожалуйста, не рассказывай.

– Можно сказать, ничего. Записали в блокнот еще одну безуспешную попытку.

– Нет, так не пойдет. Мне интересны подробности…

– Так и будем дальше стоять и болтать? – вклинивается Киря. – Или, может, уберемся отсюда наконец?

Очередная трасса. Очередная машина. Готовься, очередной город, мы в пути, скоро будем.

Музейное приключение закончилось.

Единственный след, который после нас остался, – это статья, даже не статья, а мелкая заметочка, которая появится в дешевой газете: «Инопланетяне сломали устройство пыток, или Как воспитывают нашу цивилизацию».

* * *Обучение продвигается.

Точку перемещаем, повторяем друг за другом, стоя по очереди за спиной. Несколько раз получилось настолько погрузиться в сознание Сони, что через ее воспоминания переключился в сознание всех находящихся поблизости людей.

С каждым занятием мы узнавали друг о друге новые подробности, каждую тайну, все до самых мелочей. Узнавали такое, о чем и сами не помнили.

Эти упражнения мне понравились. В основном из-за того, что я смог наконец получше разобраться в самом себе.

Но, несмотря на всю увлекательность обучения, каждое утро начиналось с ощущения, что мы навсегда застряли в этом чертовом лесу.

Хижина, двор, колодец, деревья.

Никакого разнообразия. Четкий распорядок. Строгие указания. Несмешные шуточки Кирилла и бесконечные упражнения.

– Ты не думала, что будет дальше?

– В смысле, каким будет третье задание?

– Нет. В смысле, что будет с нами? По окончании обучения."

"Она уклоняется, делает вид, что не расслышала или не понимает. В последнее время Соня слишком уж серьезная.

– Шведская семья? – Я смеюсь. – Так и будем втроем жить?

– А. Ты об этом? – Она слегка улыбнулась. – Я думала, ты спрашиваешь, что даст нам обучение.

– Ну и это тоже.

Она пожимает плечами и продолжает расстилать листы с точками на траве. Эти листы висят на ветках, на кустах, разбросаны по всему двору, несколько лежат в доме.

– Может, поженимся с тобой да усыновим Кирю? Как-то не по-православному, живем во грехе.

Вот теперь она смеется. Любит, когда я задеваю религиозные темы. Она смеется. А я закуриваю и продолжаю:

– Усыновим Кирилла, будем жить-поживать.