Оцепеневшие

А тот, кажется, и не устал вовсе.

Уверен, он без удовольствия, только ради нас практикуется. Сто процентов все это проходил, и не раз. Наигрался и натренировался.

– Глупо это. Бред, – говорю тихо, сам себе, но меня услышали и Кирилл, и Соня.

Смотрят на меня.

– Ты дурак? Все, о чем мечтал, можешь попробовать. Ты и волшебник, и солдат, и рыцарь, и байкер… – удивляется Соня.

– Это все чушь. Ничего нет…

– Ага. Сейчас предложит разыграть сценку из одного из своих любимых фильмов для взрослых, – смеется Соня.

– Если что, я не против, – кивает Кирилл.

– Ха-ха. Естественно, ты не против. Те же, как и этот…

– Чушь. Ничего нет… – перебиваю Соню. Честно говоря, просто так сказал. Удовольствие невероятное так побегать. Просто, наверное, выдохся и не хочу в этом признаваться. – Чу-у-шь! Фарс!

Кирилл присаживается рядом.

Стучит меня по плечу – ты прав.

– На этот раз ты абсолютно прав, – говорит он и улыбается.

Он всегда улыбается. Хитро так, скалится, словно все понимает, знает и видит всех насквозь.

Как он, зная правду, может радоваться?

* * *Ружье упирается прикладом в пол. Зубы сжимают грязный, пахнущий порохом ствол.

Кирилл оправился от грибов. Сидит как ни в чем не бывало. Умер и где-то через час воскрес.

Охотники подвешены за шею под крышей, приходят в себя, корчатся, дергаются и по новой сдыхают. Наглядный пример от Кирилла, что мне нечего бояться.

Даже Соня решилась, выпила яд, лежит без сознания и не дышит."

"Мне нечего бояться.

Соня скоро оживет. Вскрикнет, глубоко потянет воздух, увидит баночку с ядом, будет спрашивать, что случилось. Будет жаловаться, как все болит, и через несколько минут вернется в обычное свое состояние. Или нет?

Я уже все видел. Собственными глазами.

Что ж так страшно?

Легкое движение пальца и…

Что ж так страшно?

Вдох-выдох.

Дуло отвечает глухим эхом на неровное дыхание. Мрачное «ууу» на выдохе и щекочущее «ссс» на вдохе. Флейта смерти.

Не надо долго думать! Решился – жми на курок! Раз! И все…

Что ж так страшно?

Кирилл не читает с листочка, рассказывает по памяти:

– Успех выстрела зависит от калибра и от траектории пули.

Говорит, нужен один качественный выстрел. Качественный повредит продолговатый мозг.

– Medulla oblongata, – произносит он, четко проговаривает каждый звук. Не громко, но уверенно.

Medulla oblongata – задний отдел головного мозга. Непосредственное продолжение спинного мозга.

Дальше брекетовый рот заговорил тоном опытного врача. Стал перечислять какие-то функции. Я слышу его голос, улавливаю интонацию, но смысл фраз растворяется в моем страхе.

Он говорит, продолговатый мозг отвечает за следующие основные функции: сенсорные. От рецепторов поступают афферентные сигналы к ядрам нейронов.