Обжигающее чувство

Взгляд его снова остановился на ее груди, и он крепче сжал руль, пытаясь справиться с искушением коснуться губами этих твердых бутонов.

До чего же она восприимчива и чувственна! И даже не догадывается об этом! Если она возбудилась от такого невинного намека, то что с ней будет, когда они наконец окажутся в постели!

Том чувствовал, что если чуть подольше посмотрит на ее соски, то джинсы его просто лопнут от натяжения. А что если прямо сейчас остановить грузовик у обочины?.. Нет, девочка еще не готова к этому. Чтобы не совершить ошибки, Том постарался больше не смотреть на нее до самой пиццерии, обшарпанной и старой, как и полагается.

Уиклоу припарковал машину, выключил зажигание, потом снял очки и бросил их на щиток.

Лучше бы он спросил это по-другому. Эвелин наклонилась, чтобы прочитать меню, вывешенное на стенде, и, решительно сдвинув брови, попыталась сосредоточиться на выборе заказа.

В воздухе стоял тяжелый густой аромат поджаривающихся чизбургеров, лука и жареного картофеля.

Интересно, почему чем вреднее еда для желудка, тем аппетитнее ее запах?

— Большой чизбургер и коктейль.

Уиклоу нажал кнопку переговорного устройства и заказал два чизбургера. Потом повернулся к Эвелин, так что его широкие плечи упирались в стекла грузовика, и просто сказал:

— Я собираюсь поцеловать тебя, когда мы вернемся на базу.

Она уставилась на него широко раскрытыми глазами, сердце ее бешено колотилось.

— Я хочу чизбургер с луком. И чтобы было как можно больше лука!

— Не бойся, я не собираюсь тискать тебя, — невозмутимо продолжил Том. — Один невинный поцелуй возле твоей двери, ведь там наверняка будут проходить люди, они должны увидеть нас. Я даже не стану обнимать тебя, если ты этого так не хочешь.

— Я вообще не хочу, чтобы ты целовал меня! — ответила Эвелин, отодвигаясь подальше и сердито глядя на него.

— Но мне придется это сделать. Все ждут от нас определенных действий.

— Какое мне дело до того, кто чего ждет! Я согласилась на этот балаган только для того, чтобы меня оставили в покое, а не для того, чтобы целоваться с тобой!

— Ты вообще не любишь целоваться?

Она мрачно уставилась на него. Правильным ответом было бы: нет, я люблю целоваться, но только не с тобой… Однако этот единственно верный ответ был ложью, причем шитой белыми нитками, ведь ее сердечко трепетало, как у викторианской девственницы, при одной мысли о предстоящем поцелуе, и уж конечно, ей не удасться скрыть это от Уиклоу. Эвелин подумала, что ложь вообще действует эффективно только, когда ее преподносит человек беспристрастный и незаинтересованный.

Но, с другой стороны, сказать правду — это самое худшее из всего, что можно сделать.