Обычная история

Мягкий интимный свет от диодной ленты, подсвечивающей изголовье кровати, разгоняет тьму по углам.

Катя выпрямляет спину, оседлав мои бедра. Вздернув бровь, опять тянет руку, и на этот раз я ее отпускаю — уж больно интересно, что она задумала.

— Я понимаю, что это ничего не значит, — шепчет она, стаскивая через голову футболку.

Я уже не один раз видел ее голой, но сейчас все по-другому. Потому что я сдался. И, наконец, позволил себе по-мужски оценить открывающуюся моему взгляду картину.

— А для тебя? — оглаживаю пальцами дерзко торчащую вперед грудь.

— Для меня? — закусывает губу. — Тоже.

Я, наверное, должен радоваться тому, что мы оба понимаем правила игры, раз уж раздали карты. Но почему-то вместо радости меня охватывает странная злость.

— Мне правда нужно тебе, — выделяет интонацией, — это объяснять? Вот уж не думала, что ты любишь поболтать в процессе.

— Думала, просто трахнешь.

Рывком скидываю Катю с себя. Очень остро ощущаю тот факт, что тормоза отказали. Как-то легко. Будто все к тому давно шло. Катя, то ли протестуя, то ли испугавшись, становится на четвереньки в попытке из-под меня выбраться.

Жму на лопатки одной рукой, а второй — отвешиваю ей звонкий шлепок, чтобы прекратила дергаться. Со свистом дыша, резко оборачивается. Глаза полубезумные. Волосы всклочены… Ненормально красивая. Бля-я-я…

— Сама же напросилась, Кать. Теперь-то что не так?

— Бить себя не просила! — шмыгает носом.

— Ну как же? А твои вопросы о том, хочу ли я тебя отшлепать? — растягиваю губы в улыбке и ласково провожу ладонью по ярко-алому следу на ее бледной ягодице. Капец как красиво — моя смуглая ладонь на ее заднице. Опускаюсь. Касаюсь ее щекой, еще больше раздражая кожу щетиной. Теперь, когда понятно, что все непременно будет, спешить никуда не хочется. А вот так странно ее ласкать… очень даже.

— Значит, все-таки хочешь?

— А тебе, надо понимать, не понравилось?

Катя прячет смущение за смешком:

— Маленький извращенец.

— Почему маленький, Кать? — смеюсь. — Большой.

— Да-а-а? — подхватывает мой игривый тон. — Покажешь?

Да не вопрос. Что теперь метаться? Отворачиваюсь, чтобы стянуть через голову футболку. Складываю на стул. Туда же отравляются серые треники вместе с черными боксерами. Оборачиваюсь к ней, легонько себя поглаживая.

Завороженно за мной наблюдая, Катя ведет из стороны в сторону головой.

Такие странные чувства. С одной стороны, я не хочу ничего усложнять. А секс — это всегда сложности. С другой — мы вроде все выяснили, и никаких претензий друг к другу у нас просто не может быть. Взрослые же люди. Несвободные. Я — по документам. Она — по факту. И тут неизвестно, что хуже.

Кстати, один момент тут все-таки важно бы уточнить.

— Пока мы вместе, никаких отношений с Мишей, Кать…

— Ничего себе.