Обуздать огненного демона (СИ)

Откинулся в кресле чуть сильнее, кладя голову на высокую спинку. — А ещё она выполнит любую мою просьбу. Приказ, не важно. Примчится и сделает всё, что захочу.

— Дамиан, я не желаю, чтобы ты вообще как-то вплетал леди Лециллу Анкрийски в подобные вещи, — повысила голос Рия, складывая руки на груди. — И не хочу, чтобы ты вообще как-то реагировал на мнение остальной аристократии. Забудь.

— Минри, среди моих, выразимся так, обширных приобретённых знакомств, есть очень много помощниц и вариантов. Они крутятся вокруг постоянно. Если есть возможности сделать жизнь приятнее — я буду их использовать.

— Да ради всех Святых. Пусть это только меня не касается.

— Что в этом предосудительного?

Рия долго, протяженно выдохнула. Потёрла указательным и третьим пальцем висок, смотря на жениха:

— Не могу поверить, что мужчины правят миром.

— Давай ещё раз. Ты мне запрещаешь? — Характерно, обманчиво равнодушным тоном полюбопытствовал наследник Дархэнаатра. — Запрещаешь пользоваться всеми благами жизни? Общаться с другими женщинами по мере необходимости?

На двоякий вопрос боевой маг усмехнулась той самой ледяной усмешкой, так часто видимой им в Академии ранее. Чуть помедлила.

— Я не могу тебе что-то запрещать. Не хочу даже обсуждать это, — раздражающе спокойно ответила Алеминрия. — Просто запомни, Дамиан. Мы в этом браке будем на равных. Во всех смыслах. Не думай, что свяжешь меня клятвами и обязательствами, а сам продолжишь творить, что вздумается.

Дамиан нахмурился, пытаясь уследить за мыслью невесты:

— Это ты сейчас к чему ведёшь?

— Поступай, как считаешь нужным, — Рия снова отвернулась к невысокому столику с зеркалом. — Но отдавай себе отчёт, что я могу ответить точно тем же. Любой поступок, любое поведение, ночь, лишнее чувство и даже прикосновение — неважно что. Все наши грехи взаимны.

— Чего?! — у Дамиана прорезалась такая редкая черта как рычание.

— Какую именно?! Ту, в которой моя жена собирается мне изменять?! — Тон, не сулящий ничего хорошего. Дамиан угрожающе упёрся руками в подлокотники кресла, медленно поднимаясь со своего места. — Я говорил про работу, Алеминрия! Не про измены!

— Подход тот же, — она даже не взглянула на него, продолжая раскручивать крышечку крема для тела. — Ограничивать или просить меняться глупо. Сразу скажу, что всё, что ты отдашь другой женщине, я имею право подарить другому мужчине. Это называется честность.

— Скорее дикость, — гневно парировал демон, встав за её спиной у зеркального столика. Сурово разглядывая безразличное красивое лицо в обрамлении уже почти высохших тёмных локонов.