Обуздать огненного демона (СИ)

— Знаешь, если бы я каждый раз после долгого поцелуя или сидения на чьих-нибудь коленях голой теряла нить логики в разговорах, то вряд ли бы достигла хоть половины своих нынешних целей.

У Дамиана даже в глазах потемнело от такого сравнения. Кажется, девушка это также заметила, потому что превентивно шагнула по стене чуть вбок. Подальше хотя бы на десять сантиметров.

— Ещё раз услышу подобное — сядешь голой на кое-что другое так, что уже не встанешь, — от леденящего кровь тона вдоль позвоночника пробежали легкие покалывающие мурашки. Не совсем от предвкушения, если честно. — Контролируй фразы, Алеминрия, если не хочешь узнать, как я могу наказывать.

Вскинутые брови придавали красивому лицу теперь скорее несогласие. И заметно вялое недовольство брошенной репликой.

Девушка смерила его отсутствующе-раздражённым взглядом.

— Опять это странное представление, что я буду подстраиваться под посторонние прихоти. У меня нет заморочек, Дамиан, и я не собираюсь угождать чужим.

— Знаю, — на удивление спокойно ответил демон. — Но и ты знай, что я не терплю соперничества. Ни в постели, ни в мыслях, ни в чём. И ни в отношении тебя. Я умею сажать в клетку и если посчитаю нужным, не стану даже вслушиваться.

Рия устало выдохнула. Запрокинула голову чуть вверх, прислоняясь затылком к тканевой обивке стены смотровой. И обреченно закрыла глаза.

— Надоело… Мы всегда будем спорить. Будем срываться друг на друге, провоцировать, дразнить. Это никому не нужно, Дамиан.

— А, может, мне нужно. По крайней мере, так не скучно.

Она слабо, отрицательно качнула головой.

— Не строй из себя того, кем никогда не был. Не вписывай меня в рамки того, что хочешь видеть сам. Не надо. Будет только хуже.

— Понимаю. Но это ради твоего блага. Я бы предпочел, чтобы тебе было легче принимать меня.

— Будь тем, кто ты есть. Веди себя так, как считаешь нужным. Остальное не твоя забота, — лучистые синие глаза утомлённо уставились в полоток. — Я либо приму, либо нет. Менять я тебя не намерена.

Дамиану сложно дался следующий вопрос. Но интуитивно мужчина уже хотел поскорее задать его и избавиться окончательно.

— Твои слова в тот день… ты ведь никого не любишь, Минри, разве не так? — медленно, отчётливо проговорил демон. — И печати шиаале, даже той импровизации её сейчас на тебе нет.

— Араана ты не любишь, — ещё раз произнёс Дамиан. — Какая шиаале после получения метки станет ночевать в одиночестве? Но и другого мужчины у тебя нет. Хорошо понял, кто ты такая, чтобы быть уверенным в том, что не станешь за спиной любимого играться в иные отношения.

Алеминрия все еще предпочитала молчать.

— Ты никого не любишь, — повторил, словно убеждая и себя, и её. — Ты… никому ничего не должна.