Особые обстоятельства

Но в целом день прошел мирно. Я же почти наслаждалась поездкой. Мы выехали на открытую и несколько холмистую местность с редкими островками деревьев. Еще пара-тройка дней, и пейзаж вокруг будет становиться все более неровным, гористым. А у самой границы Игенборга мы и вовсе станем передвигаться по отвесным тропам.

А пока я всей грудью вдыхала наполненный ароматом цветов и трав воздух, смотрела, как над нами парит Талиса, и просто хотела поскорее передать Тильду из рук в руки акифу. Если надо, я даже речь напишу про ум танцовщицы и так далее. Врать нехорошо, но и терпеть ее рядом уже почти невыносимо. Даже если она страдает по императору, это не повод сцеживать свои эмоции на остальных. Она даже магам ухитрилась почти нагрубить. Кажется, только Иррилий пока что завоевал ее благосклонность."

"Я покосилась на дипломата. Вот уж точно внешность обманчива. Не думала, что подобный изнеженный эльф — такой превосходный боец.

Риграсс ехал впереди. Когда он обернулся, то я сразу отметила крайне мрачный взгляд. Недоуменно приподняла бровь, но капитан уже отвернулся.

Неужели Дианта права и он ревнует к Иррилию? Я чуть не расхохоталась. Но это глупо! Это все равно что пытаться скрестить сокола ахана и райскую певчую. Обе птицы, но совершенно разные.

Тем не менее к Ригу я начала тайком присматриваться. Вот дурной человек! Зачем мне изнеженные эльфы, когда уже который год перед глазами он собственной персоной. Я ведь изучила все его жесты, привычки, то, как он владеет мечом и луком со стрелами. Он свой, родной!

Я столько времени о нем мечтала, что теперь даже боялась поверить, что наши отношения сдвинулись с мертвой точки и он увидел во мне женщину. Если этому поспособствовали тряпки Ильсиры, то я даже буду их носить. Некоторые. В увольнительные. На свидания с Ригом.

Мысль о свиданиях родила непривычное волнение в груди. В академии мне было не до того. Слишком подозрительно я относилась ко всем проявлениям внимания и неуклюжим попыткам ухаживания. Не было никаких гарантий, что за проигрыш в схватках не хотели взять реванш, уложив меня на лопатки уже в постели. Поэтому я всегда была настороже и привыкла не доверять льстивым речам.

Потом была армия, где мне пришлось доказывать, что я не просто сиськи, протяни руку и бери, а чего-то стою сама по себе. Затем война, а там уже не до романтики. После боя многие предавались животной страсти, даже не уходя подальше от товарищей. Это было не для меня, но я никого не осуждала. Когда не знаешь, будешь ли жив завтра, каждый делает выбор для себя сам, как провести свободное время.

А душа хотела чего-то иного, настоящего, красивого. Может, это у меня говорит кровь людей? Я не могла, как Аррша, подойти к понравившемуся мужчине и потянуть его к себе в постель. Хотя от ее напора многие сбегали.