Особые обстоятельства

Рядом стояла пузатая статуя, смысл которой для меня оставался непонятным: нечто, похожее на гриб, откуда лезут зайцы. Я уже и объехала это чудо по кругу, и снизу посмотрела. Нет, не доходит.

— Это пирог, — пояснил Риграсс.

Я обернулась: капитан уже спрыгнул с лошади и теперь разглядывал меня с легкой усмешкой. Высокий, мундир сидит как влитой, плечи такие, что на каждое можно посадить по орчанке.

— А… — протянула я. — Пирог… ну понятно… почему бы и нет.

— Просто хозяин этого ресторана обожает сказку про пирог из зайчиков. Ну, ты помнишь?

Вот теперь я вспомнила кошмарик моего детства. Не знаю, кто придумал подобную сказку, но его следовало прилюдно выпороть за такое издевательство над детской психикой. Как можно спокойно слушать про гоблина, решившего сделать своей женушке пирог-сюрприз с живыми зайчатами? Я ревела каждый раз, когда папа начинал только тянуться к этой сказке. А вот мачеха, когда его не было дома, громко и с явным удовольствием читала мне ее, доводя до истерики.

Надеюсь, в меню ресторана подобного блюда нет.

Лошадей мы оставили сбоку от здания, в крытом стойле.

— Пои побольше, — попросила парнишку, присматривающего за лошадьми, и кинула ему монету.

— Конечно, воин.

Риграсс же решил продемонстрировать подобие галантности. Когда одетый в синюю ливрею гоблин открыл перед нами двери, капитан сделал шаг вперед, но потом остановился, отчего я чуть не врезалась в него.

— Прошу.

Я прикусила язык во всех смыслах, чтобы не сказать, откуда пошла традиция пропускать женщин вперед. А пошла она из далеких и темных времен. Когда женщин приравнивали к статусу табуретки или камешка на шее. В темные незнакомые места вперед пропускали кого? Правильно — женщин. Ибо если там опасная тварь, то идущий сзади мужчина мигом сориентируется и нападет. Ну а идущая впереди? Что ж, она выполнила свой долг.

Народу внутри оказалось немного: увидела лишь парочку влюбленных, троицу эльфов, да у дальней стены устроились двое: она — человек, а он — явно с какого-то южного континента. Слишком смуглая кожа и жесткие черные волосы.

Странно. Хорошие заведения обычно ломятся от посетителей. Сама не раз локтями и монетами прокладывала путь в любимую таверну. А тут помещение казалось огромным и пустым. Столики из синего камня, подсвеченного изнутри, мягкие кресла. И приятный свет, идущий непонятно откуда. Я принюхалась, но вопреки ожиданию в воздухе не пахло едой. Зато отчетливо сквозил аромат каких-то благовоний.

Один из официантов — молодой человек в бледно-голубом наряде — проводил нас к столику у дальней стены. Зачем-то поставил небольшую свечу. И я поняла, откуда пахло. Тонкая синяя свечка испускала тот самый аромат.

Главное теперь — не расчихаться.

— Прошу, — прошелестел официант.