Общество мертвых и исключительных

Эта четверка «желтых» считывала эмоции, видела воспоминания людей, предугадывала будущее, касаясь людей, и копировала голоса. Все это могло принести академии как пользу, так и несчастье. Жаль только, что никто из них не мог предвидеть смерть. Наверное, тогда всего этого можно было бы избежать.

— Эбель Барнс? — раздался голос священника. — Подойди ко мне, дитя.

— У-у-у, вишенка, — заторопился Ноа. — Звучит так, будто у тебя большие проблемы.

Йонни с другими тоже быстро стали покидать главный зал. Эбель лишь вдохнула поглубже и подошла к отцу Робинсу.

— Как ты, дитя? Готова ли отпустить свой грех? — Он сцепил руки в замок.

— Так я уже отпустила его в прошлый раз. Разве нет?

— Твой грех серьезный. Ты не чтила мать свою. Мне понадобилось много времени, чтобы выпросить у Иисуса прощения тебе и твоей душе. И пришло время самой склонить колено перед ним.

— Блин, тут такое дело… — Эбель ужасно не хотелось опять оставаться наедине со священником и слушать молитвы, но зато очень хотелось есть, а запах из трапезной еще больше разжигал в ней аппетит. — Я как бы сегодня очень занята…

— Вставай в очередь, дитя. Твое время скоро придет. Ожидание — лучшее очищение."

"Отец Робинс развернулся и направился к будке, в которую тут же нырнула Рейчел Тернер.

Эбель встала в очередь в исповедальню. Зал опустел. Остались лишь самые напуганные (другой причины Эбель найти не могла) скуры, жаждущие высказаться священнику, который очистит их грешную душу. Может, они думали, что так убийца обойдет их стороной. Мол, не за что их убивать, раз тела и разум чисты. Но убийце, кажется, было плевать, кого отправлять в ад.

Опершись на холодную каменную стену, Эбель закинула голову, рассматривая исполосованный арочными балками потолок. Оставшаяся после Хеллоуина искусственная паутина дрожала на сквозняке. В черных трещинах прятались летучие мыши. Витражи с ликами святых отбрасывали свой разноцветный узор на стены и грязный каменный пол. Вот же повезет наказанным студентам отмывать его. Хорошо, что Джосайя прикрывал их, иначе на отработке с большой вероятностью могла оказаться Эбель. С еще большей вероятностью — Ноа. С меньшей — Соль.

— Надеюсь, мне наконец полегчает, — нервно топтался на месте Уилл. — Я уже не могу в себе это держать.

В очереди осталось три человека. Уилл Тейлор, Айя Танэ и Эбель Барнс, у которой уже затекли икры и заболели пальцы на ногах. Голубые конверсы Соль были ей все-таки не по размеру.

— С ней все в порядке, уверяю тебя, — сказала Айя.

Она похлопала Уилла по спине.

— Если с ней что-то случится, я не знаю… не знаю, что сделаю с собой.

— Почему ты думаешь, что она в опасности?

— В смысле «почему»? — Он посмотрел на нее, как на совершенно тупое одноклеточное существо. — Скур убивают.