Обручимся? Влюблен без памяти

Вы без меня не справитесь, Арсений Геннадьевич, признайте.

Странные ощущения.

Она вроде бы прогнулась, но в то же время нагнула меня. Так и стоим вдвоем раком, испепеляюще глядя друг на друга."

"Не выдерживаю первый. Разрываю нашу зрительную перепалку, нервно массирую переносицу, ерзаю в кресле, чувствуя нарастающее раздражение. Достаю из кармана таблетницу, закидываю парочку в рот, запиваю горячим кофе, едва не поперхнувшись.

Ловлю на себе препарирующий взгляд Славы, которая следит за каждым моим действием. Задумчиво хмурится, поджимая губы. На секунду приоткрывает рот, чтобы сказать что-то или спросить. Может, поинтересоваться моим самочувствием... Последнее – точно лишнее. Этого ещё не хватало!

- В общем, так, - роняю грубо. – Мне нужно полное досье на Дроздова. Явки, пароли, косяки. Я хочу понимать, какое наследие он мне оставил. Или рассказываешь все, что знаешь, или проваливаешь без выходного пособия.

Почти уверен, что прижал ее к стенке, однако что-то опять идет не так. Просчитался, но где?

- Вы предлагаете мне настучать на бывшего шефа? – оскорбляется так искренне, будто я ее в постель позвал.

- А есть, о чем? – выгибаю бровь. – Чем сговорчивее ты будешь, Пирожочек, тем дольше здесь задержишься.

- Я поняла ваш ультиматум, - покраснев, шумно пыхтит. Пробил-таки брешь в ледяном панцире. - Можно бумагу и ручку?

- Даже так? Ну, пиши, - протягиваю ей листок. – Чистосердечное признание облегчает наказание.

Слава склоняется над столом, яростно скрипит пером, при этом сохраняя внешнюю холодность, а я изучаю ее, не сводя глаз. Платиновые волнистые волосы не касаются плеч, а подскакивают где-то на уровне шеи, завитые локоны падают на высокий лоб и румяные щеки, дерзко вздернутый нос морщится, пухлые губы поджаты.

- Готово, - резко выводит меня из полузабытья командный голос, а перед лицом пролетает лист бумаги, который Слава прихлопывает ладонью к столу, обдувая меня слабым ветерком. – Я могу сразу идти? Или две недели отработать?

- Куда? – недоуменно свожу брови, наблюдая, как она собирается.

Совсем офигела? Или испугалась?

Опускаю взгляд на бумагу. Строчки скачут перед глазами.

Заявление…

- Это что за хрень?

- Я увольняюсь по собственному желанию, Арсений Геннадьевич. Вы сами не оставили мне выбора, - пожимает плечом и разворачивается к выходу.

Заторможено моргаю, растерянно разглядывая ее ровную спину и идеальную осанку. Такая она вся безукоризненная, что даже душно рядом с ней. Хочется ее встряхнуть, но пока что трясет только меня.

Какого хрена?

Нет, я все равно собирался от нее избавиться, но… сам! Это должен сделать я, когда лично приму решение. В конце концов, я так и не разобрался со схемами Дроздова. Кроме Мстиславы, мне никто не поможет. Она явно многое скрывает.