Обрученные

Потом не смогли наладить диалога, расстались. По моей вине, признаю. Но что такое какие-то четыре недели разлуки в сравнении с четырьмя годами, на протяжении которых мы любили друг друга. А в сравнении со всей жизнью — это и вовсе мелочь. Мы не должны позволять этому стоять между нами. Четыре года мы любили…

Нет, все-таки не могла она спокойно сидеть и слушать всю ту ересь, что была у него в голове.

— Господи, ну вот с чего ты решил, что я любила тебя четыре года? До недавнего времени ты мне не нравился даже!

Слова Лианы возымели на Вардана эффект разорвавшейся бомбы.

Ей даже показалось, что еще чуть-чуть, и из его ушей повалит пар, а из пасти огонь, которым он сожжет не только кабинет, в котором они сидели, но и весь ресторан.

Вардан впечатал в нее возмущенный взгляд и спросил:

— Как это ты меня не любила? Как это я тебе не нравился? Вела ты себя совсем по-другому!

Неужели он вправду не догадывался, какой была ее жизнь все эти годы?

— Вардан, когда ты пришел к моему отцу свататься, мне было четырнадцать. Ты казался мне дико взрослым, угрюмым дядькой, который взял под контроль мою жизнь. Разве такое может понравиться девочке-подростку, которая ничего в этой жизни еще не видела?

— Мне тогда было всего двадцать шесть, — сказал он с ноткой обиды. — И я никогда не жаловался на внешность, всегда выглядел моложе своих лет. Я и сейчас не старик никакой, мне всего-то тридцать…

О, в этом он, без сомнения, прав.

Никакой он не старик. И вправду отлично выглядит. На животе ни лишней жиринки, подтянут, с короткой черной бородкой и коротко стриженными волосами. Пушистые ресницы делали его глаза очень привлекательными, а густые брови придавали лицу значимости. Если бы не строгое выражение, которое прилипло к нему как вторая кожа, и не надменный взгляд, наверное его можно было бы назвать красивым. Но… Строгость и надменность — качества, с которыми он никогда не расстанется.

— Я хотела простую жизнь, понимаешь? — начала она объяснять. — Гулять с друзьями, учиться, строить планы на будущее. Жизнь, где мне можно вечером в кино с подружкой…

Вардан моментально ее перебил:

— Если ты хотела в кино или еще что, все, что тебе нужно было сделать, так это позвонить мне. Я всегда бы тебя отвез.

Обалдеть аргумент.

— Я бы никогда такого не сделала! — фыркнула Лиана. — Просто потому, что боялась тебе лишнее слово сказать даже при тех коротких встречах, что у нас были. Да у меня от одного твоего взгляда поджилки тряслись! Уж конечно, я не осмелилась бы тебе позвонить ни по какой причине. Кто ты мне был, чтобы я о чем-то тебя просила?

— Я был тебе жених, самый близкий из людей, — сказал он с прищуром.

— Не был ты мне близким! — Лиана сжала руки в кулаки.