Обрученная с драконом

 – Для меня это все имеет значение.

Не зная, что еще сказать, Юна поспешно толкнула двери. Не хотела, чтобы Ром увидел, как предательские слезы потекли по щекам.

Она была уже на лестнице, когда услышала торопливые шаги за спиной и глухой голос парня:

– Если все так, то откажись от отбора. Скажи Маргену, что передумала и не станешь шпионить для него. Я знаю, на тебе нет ошейника, ты можешь разорвать договор! Я тоже что-нибудь придумаю, чтобы избавиться от ошейника. И просто уедем вместе.

Сердце девушки заколотилось с утроенной силой. Она до боли в суставах вцепилась в потемневшие от времени деревянные перила.

– Я не могу… Прости.

Ром просил невозможного. Но как ему объяснить, что дело вовсе не в ее желании попасть во дворец или стать княгиней? И даже не в магическом договоре, заключенном с Маргеном.

Ему не понять, ведь у него нет никого, о ком он беспокоился бы больше, чем о себе.

Шаги подсказали, что парень вернулся в кухню. Хлопнула дверь. Добравшись до комнаты и упав на постель, Юна закрыла глаза.

На душе было гадко. А впереди ждал новый день и новые трудности.

Она постаралась уснуть, но переполненная мыслями голова просто гудела. А когда сон пришел, то не принес облегчения. Юна снова увидела себя в свадебном платье, стоящей на скалах под порывами ветра. И снова увидела бой двух драконов.

Только на этот раз все было иначе: не Бронзовый выиграл битву, а Огненный. Его свирепое пламя накрыло соперника, и тот рухнул вниз с криком боли.

Во сне Юна почувствовала боль Бронзового, как свою. Захлебываясь слезами, задыхаясь от рыданий, она смотрела на его огромное обожженное тело и не знала, что делать. Такой большой, сильный зверь совершенно беспомощно распластался на скалах, и серебристая драконья кровь медленно вытекала из ран.

А потом рядом с ней опустился Огненный дракон. Обвил ее хвостом, как сокровище, жаркое дыхание опалило кожу за ухом, и в голове прозвучал мужской голос, так похожий на голос Маргена:

– Ты моя добыча! Он не получит тебя!

Проснулась Юна с гулко колотящимся сердцем и мокрым от слез лицом. Не сразу разглядела, что рядом с кроватью кто-то сидит. А когда увидела, то вскрикнула от испуга.

Раздался щелчок – и над головой девушки вспыхнули знакомые светлячки.

– Твоя лампа погасла за ночь, – проворчал Марген, отворачиваясь. – Да еще и на улице сегодня пасмурно, как в глотке у Земляного дракона.

Но Юна успела почувствовать его жадный взгляд. Опустила глаза и поняла, что лента, стягивающая ночную сорочку вокруг горла, развязалась, и ткань сползла с плеча, обнажив больше, чем нужно.

Поспешно натянув одеяло по самый подбородок, спросила:

– Что ты здесь делаешь?

Голос прозвучал тонко и жалко.

– Сам задаю себе тот же вопрос, – хмыкнул Марген. – Ладно, раз ты в порядке, то поднимайся. Уже семь часов.